Повседневная жизнь викторианской Англии

До середины XIX века, заболев, полагались только на близких или знающих знакомых женщин. При родах звали родственниц и акушерок, которые, правда, не всегда славились хорошей репутацией. Показаться доктору-мужчине считалось почти что аморальным. Даже Елизавета I, окружив себя докторами-мужчинами, никогда не позволяла им себя осмотреть. Обо всех симптомах они знали только с ее слов и согласно сказанному проводили лечение. Так было практически везде. Кстати, трубка-стетоскоп для прослушивания легких, которую прикладывают к груди пациента, была изобретена оттого, что иначе доктор должен был своим ухом прикасаться к груди пациенток (одетых в нижнюю сорочку). Доктора вынуждены были совершать действия, чрезвычайно смущавшие и пациенток, и самих эскулапов, отказываясь от которых, многие женщины платились жизнью. Изобретение стетоскопа помогло распознать такие болезни, как плеврит, пневмония, бронхит и эмфизема. Для женщин знать и понимать в медицине хотя бы на домашнем уровне было вполне естественным. Однако они не учили латыни и не разбирались в терминах. При появлении таких технологий, как анестезия, мужчины заняли главную позицию в медицине. Тогда же появившиеся лжедоктора – недоучившиеся, подрабатывавшие студенты – видели для себя широкое поле действия. Чем меньше пациенты знали, тем лучше названные «доктора» себя чувствовали в отличие от их больных. Порой, не имея представления о болезни, от которой лечили, они прописывали дорогостоящие препараты наобум, получали свои проценты от аптекаря и плату за работу, ничуть не заботясь, что больному становилось хуже. Если близкие пациента все же хотели знать подробнее о болезни, то тогда доктора или начинали кричать, или забрасывали любопытного непонятными латинскими терминами.

Вот что писал в 1857 году доктор Бэквел в своей книге, имевшейся почти в каждом доме: «В своем трактате я даже не буду пытаться объяснять симптомы болезней, поскольку я убежден, что лечение домашними силами произведет больше вреда, чем пользы. Подумайте сами, как человек, не имеющий никакого образования, может обнаружить болезнь и решить, как ее лечить, прочитав всего лишь что-то на бумаге… Лучший совет, какой я могу дать, каждый раз когда кто-то заболевает в семье, посылайте за доктором рано утром в тот же день!»

Далее доктор Бэквел задерживался на подробном изложении, какое неудобство для врача представляли не вовремя сделанные вызовы, и называл точное время, когда их нужно делать, не забывая указать, как надо себя вести при прибытии медицинской помощи: «Стойте рядом с доктором тихо и с готовностью помочь. Когда он обратится к вам, объясняйте симптомы сегодняшнего дня, не вдаваясь в подробности, что случилось месяц назад… Многие, особенно низшие классы, рассказывают что угодно, только не то, что доктор хочет услышать!»

Трудно представить, что доктор, останавливавшийся на мелочах, касавшихся его, а не пациента, мог быть полезен последнему. А ведь медицинские услуги стоили очень дорого. Большинство семей не только не могли вызывать врача каждый раз, когда кому-то было плохо, а и тогда, когда речь шла о жизни и смерти. Для таких случаев все та же бесценная книга миссис Битон, объяснявшая, как ухаживать за больными, что давать при тех или других симптомах, воистину была лучшим советчиком в каждом доме. Многие не знали элементарных вещей, таких, например, что болезнь может быть от грязи, плохой воды, укуса насекомых, которых в тот период можно было встретить в комнатах слуг даже в богатых домах. Большинство предпочитало полагаться на советы, изложенные в ее книге, не только потому, что это было значительно дешевле, а и оттого, что репутация докторов была не высока. Доктор Джон Бернет описал в женском журнале «Заболевание в женских органах» следующий случай. Один почтенный человек, заботясь о жене, у которой в довольно молодом возрасте стала развиваться близорукость, отвел ее к доктору. Окулист после осмотра женщины заметил, что глаза слабеют оттого, что она страдает от выпадения матки. И возвратить ее зрение возможно только при удалении этого органа. Обращаясь в журнал, доктор Бернет преследовал свои цели, он заявил, что мог помочь женщине восстановить естественные размеры матки благодаря гомеопатии. Можно, конечно, предположить, что окулист владел навыками чтения диагноза по роговице глаз. Также можно допустить, что гомеопат был очень хорош. Но ведь, скорее всего, оба были шарлатанами. И с позиции людей XIX века это выглядело именно так.