Повседневная жизнь женщины в Древнем Риме

Накануне свадьбы^{175} девушка приносит свое платье в жертву Фортуне Девичьей, а дома — свои игрушки семейным богам. В тот же день женщины, живущие в доме, готовят ее к церемонии. Волосы причесывают особым образом на манер весталок: делят на шесть прядей загнутым наконечником копья, а затем собирают на макушке в виде конуса, перевязанного шерстяной лентой. Голова покрыта фатой цвета пламени (flammeum), не закрывающей лица, и увенчана цветами^{176}. Невеста надевает tunica recta — платье, сотканное по древнему способу, подпоясанное шерстяным поясом со сложным узлом — так называемым узлом Геркулеса, который муж должен развязать, своеобразным магическим оберегом. На ногах у нее туфли шафранового цвета (lutei socci). Часто подготовка к свадьбе была моментом нежного расставания невесты с женщинами своей фамилии: тут и советы, и ласки, и добрые пожелания.

Свадьба

Свадебная церемония начиналась в доме невесты^{177}, где собирались гости. Друзья и клиенты от приглашения отказаться не могли, оно налагало на них обязательство (officium). На рассвете приступали к гаданиям, чтобы увериться в одобрении богов. Возможно, новобрачные обменивались какими-то символическими словами. Затем «пронуба» — подружка невесты, женщина, бывшая замужем лишь один раз и не вдовая, — соединяла руки (dextrarum iunctio) в знак обоюдного доверия. После этого супруги приносили брачную жертву. Каких именно богов ублажали, точно неизвестно — скорее всего, Юнону, Теллура и Цереру. Далее следовало подписание договоров о приданом, которые свидетели заверяли своими печатями. Наступал момент поздравлений и подарков от семейства, друзей и рабов; первая часть празднества завершалась большим пиром.

Вечером новобрачную отводили в дом к супругу (женитьба так и называлась: «привести жену» — ducere uxorem). Именно это шествие — deductio in dome mariti — при свете факелов, пении озорных песенок и довольно загадочных заклинаний «Hymen Hymenae» и «Talasio», под градом бросаемых орехов и составляло важнейшую часть бракосочетания^{178}, ибо гласно свидетельствовало о начале совместной жизни. Новобрачная шла в сопровождении нескольких человек, в том числе трех детей, оба родителя которых были живы. Один из них нес зажженный факел из особой породы дерева — белого терновника (spina alba)), двое других держали невесту за руки. Сама невеста или домашний эконом несли прялку и веретено — символы идеальных, почти священных домашних обязанностей, которые супруга будет выполнять или которыми будет руководить в новом доме^{179}.

Когда новобрачная подходила к дому супруга, она по обряду поливала дверные косяки и украшала их шерстью. Затем, если брак совершался «через покупку» (coemptio), она произносила ритуальную формулу: «Ubi tu Gaius, ego Gaia» — «Где ты, Гай, там и я, Гайя» (женская форма от Гай)^{180}. В тот же самый момент, перед входом в дом, новобрачная давала три асса: один мужу, другой клали на очаг дома, испрашивая милость живших там «домашних Лар», третий кидали на алтарь ближайшего перекрестка^{181}. Это был знак вхождения в чету, в дом и в соседство.

Затем невесту переносили через порог и там, in limine («в ограде») — очевидно, в атрии — супруг принимал супругу, передавая ей огонь и воду^{182}. Этот важнейший ритуал делал невесту супругой — his nova fit coniunx, по выражению Овидия^{183}, который указывает, что огонь и вода — «причина жизни» (vitae causa), а их утрата — характерная черта изгнания. И действительно, в античности огонь и вода необходимы для жизни не только в бытовом плане (само собой!), но и в культовом, поскольку на их разделе основан общий домашний культ: Пенатов, домашних Лар и Гения^{184}. После этого, как считается, новобрачная может узнать слова, которым учатся в браке (nupta verba) — названия мужского (mentula) и женского (cunnus) членов. Пора нам прочесть стихи Катулла:

Ручку тонкую девушкиБросьте, мальчики-спутники!К ложу мужнину пусть идет!Вы же, добрые женщины,Старикам своим верные,Уложите вы девушку!Время! Можешь идти, супруг!В спальню мужа взошла жена!……Но уходит день…Так не медли же боле!…Дверь закройте, о девушки!Будет праздновать. Добрая,Ты счастливой живи, чета,Приноси постоянныеЖертвы юности бодрой!Будьте счастливы — юную силуЗанимайте даром, многим данным^{185}.

На другой день супруга приносит первые жертвы богам своего нового дома, а вечером происходит repotio — ужин и пирушка в доме новобрачных, где опять пьют за их здоровье, причем жена должна выйти уже в одежде матроны^{186}.