Познакомьтесь с собой. Как гены, микробы и нейроны делают нас теми, кто мы есть

Во время судебного разбирательства Уолдропу тоже удался своего рода побег: он стал первым человеком, которому не вынесли смертный приговор благодаря генам. В его ДНК обнаружился тот же вариант гена MAOA, что и у голландских мальчишек. Адвокаты Уолдропа выдвинули успешный аргумент, что генетическая предрасположенность вкупе с тяжелым детством не оставила ему возможности надежного контроля за своими действиями[109].

Как MAOA связан с насильственным поведением? Этот вариант гена производит меньше фермента MAOA, который нужен для расщепления серотонина, норадреналина и дофамина. Люди со сниженным уровнем этого фермента, вероятно, будут иметь аномально повышенный уровень указанных нейромедиаторов, что делает их склонными к импульсивным перепадам настроения и враждебности.

Эту идею подтверждают исследования на мышах: когда животных генетически меняли, лишая MAOA, уровень серотонина и норадреналина у них оказывался выше и мыши вели себя агрессивно. В других исследованиях варианты гена MAOA были также связаны с социальными фобиями и злоупотреблением наркотиками. Интересно, что томографические исследования носителей варианта MAOA показали: миндалевидное тело (область мозга, вовлеченная в реакции страха) оказывается перевозбужденным, в то время как поясная кора (аналитическая область) подавлена; вместе это может указывать на то, что рациональная часть мозга сталкивается с проблемами, когда нужно успокоить усиленные реакции страха.

В 2014 году коварный вариант MAOA снова оказался вовлечен в одно из крупнейших исследований преступников. Это исследование, проведенное психиатром Яри Тиихоненом из Каролинского института (Швеция), основательно прошерстило гены примерно 900 финских заключенных. Как оказалось, у наиболее жестоких рецидивистов были выявлены мутации и в гене MAOA, и в гене CDH13, который вырабатывает адгезивный белок на нейронах. Ученые обнаружили, что люди с мутациями в MAOA и CDH13 в 13 раз чаще совершали насильственные преступления. У гена воина появился сообщник.

Некоторые ученые предположили, что MAOA помогает объяснить, почему мужчины в целом агрессивнее женщин. Ген MAOA находится в X-хромосоме, а это означает, что у женщин два экземпляра этого гена (поскольку у них две X-хромосомы). Соответственно, у женщин есть резерв, который может компенсировать мутацию. А вот у мужчин второй X-хромосомы нет: есть Y-хромосома, которая не содержит «запасного» экземпляра MAOA.

Другие исследования показали, что MAOA по-разному влияет на мужчин и женщин. В 2013 году Хэньянь Чэнь из Университета Южной Флориды предположил, что у мужчин вариант MAOA связан со злобой, а у женщин – со счастьем.

Появляются все новые гены, связанные с агрессивностью и буйным поведением (хотя у них нет броских названий, которые мог бы использовать какой-нибудь клингонский генетик[110]). Ген COMT кодирует фермент под названием катехол-О-метилтрансфераза; одна из его задач – разлагать дофамин, нейромедиатор, связанный с нашей реакцией на вознаграждение и мотивацией. Как и вариант MAOA, вариант COMT также приводит к аномально высокому уровню дофамина в мозге, что может помешать рациональному мышлению. Многочисленные исследования (хотя и не все) связывают с агрессивным поведением варианты гена COMT, производящие меньше этого фермента. Когда у самцов мышей отключали ген COMT, уровень дофамина у них повышался и животные чаще дрались; это подкрепляет предположение, что ген помогает сдерживать враждебность.

В насилие также вовлечены гены, участвующие в передаче серотониновых сигналов. Напомним, что серотонин – ключевой стабилизатор настроения, который помогает подавлять импульсивное иррациональное поведение. Ученые создали мышь-«бандита», удалив ген одного типа серотонинового рецептора под названием 5-HT1B. Если в клетку к этой свирепой мыши подсадить обычную мышь, она точно не жилец. Кстати, у склочных людей уровень серотонина понижен; возможно, это затрудняет им контроль над эмоциями при общении.

На первый взгляд, обнаружение генов, предрасполагающих людей к насилию, – серьезный прорыв. Более того, функция большинства таких генов понятна в том смысле, что они, надо думать, меняют нормальный химический состав и работу мозга. Так почему же мы не проверяем людей на наличие этих вариантов генов? Почему мы не убираем их из общества еще до того, как они что-то натворят, как в рассказе Филипа Дика «Особое мнение»?