Позолоченные латунные кости. Коварное бронзовое тщеславие

Доктор Тэд и Машего смотрели на Пенни с таким же восхищением, какое та проявляла по отношению к цветам.

Синдж подмигнула мне, забавляясь отцовскими мыслями, которые, как она знала, мелькали в моей голове. Не исключено, что она про себя сочиняла хокку о карме.

Раз уж они все тут собрались, а я об этом вспомнил, я попросил доктора Тэда и Машего навестить моего партнера.

Они не стали отказываться, хотя Машего, вероятно, понимала риск. Я почувствовал ее нежелание.

Доктор Тэд лишь спросил:

— Следует ли мне так надолго оставлять Констанс?

— Основную часть времени займет дорога. Старые Кости умеет спрашивать. Сразу переходит к сути дела. И он мастер находить улики и выявлять связи, о существовании которых вы даже не догадываетесь.

Тэд спросил, куда идти. Я проинструктировал его, одновременно наблюдая за Машего. Она не хотела в этом участвовать, но боялась, что, отказавшись, будет выглядеть виновной. В чем-то.

45

Киога Сторнс торопливо вошел в калитку и замер в десятке футов от крыльца, пораженный увиденной толпой. Он выглядел несчастным сам по себе, а не из-за встречи с нами.

— Барат здесь?

— Он наверху у матери, — ответил я. — Что случилось?

— Лунная Плесень. Ее похитили. Возможно, убили. Но не исключено, что им нужна была Лунная Гниль, а они ошиблись.

— А?

Я заметил, что он местами мокрый, местами грязный, а его одежда потрепана.

— На вас тоже охотятся?

— Э-э… Проклятие! Может быть. Я об этом не подумал. Напади они на десять минут раньше, заполучили бы и Костемола. Он ушел, потому что за ним явился один из его внуков. Срочное семейное дело.

Синдж посмотрела на меня. Пенни тоже. Они хотели знать, что я предприму, но по разным причинам.

— Хочешь приступить? — спросил я Синдж.

— Уже.

Она стронулась с места.

— Эй! Что происходит? — выпалил Киога.

— Она проследит ваш путь обратно к месту происшествия. Затем проследит путь Лунной Плесени, чей запах запомнила на поминках Страфы. И будет очень осторожна, чтобы не привлекать внимания.

Это я произнес вслух. Хотел, чтобы Синдж меня поняла. Она махнула рукой: ну да, ну да.

Пенни и Доллар Дэн решили, что тоже хотят участвовать. Я шумно запротестовал. Пенни замерла, кинула хмурый взгляд на причину суматохи. Доллар Дэн проигнорировал меня, а Синдж не велела ему катиться ко всем чертям.

— Что ж, — заметил Киога. — Да. Это было интригующе.

Доктор Тэд начал осматривать его и очищать ссадины — не прекращая внимательно изучать Пенни.

Я заскрипел зубами.

Девчонка не была настолько ужасной, но… Преимущественно я просто терпел ее присутствие, считая любимицей Покойника.

— Я буду жить, Тэд! — проворчал Киога. — Дай мне повидать Барата.

— Барат сам пришел повидать тебя.

Это оказалось правдой — его предупредила Машего. Киога в подробностях изложил свою историю. Мы внимательно слушали.

Барат задал вопрос, который сразу пришел мне в голову:

— Почему Маришка, а не Тара Чейн?

— Точно не знаю. Возможно, это связано с тем, что Таре Чейн нужно было присутствовать в другом месте. Ее младшая дочь рожала первенца.

Ну надо же! Обитатели Холма переживают по тем же поводам, что и настоящие люди.

— Ты же их знаешь, — добавил Киога. — Они понимают, что взаимозаменяемы для всех нас. Даже если постоянно ссорятся.

Внезапно я осознал, что мы со Страфой никогда не увидим собственных внуков… Я отогнал эту мысль. Она могла меня похитить.

— Барат, одна из причин, по которой я здесь… Я почти забыл… Я надеялся, что Констанс в достаточной степени оправилась, потому что…

Я рассказал, что мы узнали в «Дивных диковинах» и у Тривиаса Смита.

— Это настоящая, хорошая улика.

Киога был разочарован: мои запоздалые новости затмевали его. Тем не менее он воодушевился:

— И Костемол, и Лунная Гниль могут сделать маячок, чтобы спрятать в рукояти меча.

— А мама еще какое-то время сможет делать только под себя, — добавил Барат. — Ты доверяешь этому кузнецу, Гаррет?

— Не особо. Нет повода.

Хотя у меня были некоторые сомнения на собственный счет. Поневоле станешь циничным в компании, где каждый лжет, а большинство не в своем уме, особенно если общаться с ними в худшие их дни.

— Но у меня сложилось о нем самое хорошее впечатление. Белинда проверит его подноготную.

Я сомневался, что она отыщет что-нибудь плохое.

Надо свести Тривиаса с Покойником.

Синдж вернулась, шаркая и бормоча себе под нос.

— Мне все же нужно что-то для выслеживания этой женщины. Не просто различить запахи близнецов.

Ну конечно. Вполне возможно. Или она хотела задержаться и присмотреть за Пенни.

У Доллара Дэна был несчастный вид. Я быстро догадался, что Синдж передумала насчет его компании.

Киога выглядел смущенным.

— Она правда лучшая, — заверил я его. — Но даже у нее есть свои пределы. Если она успеет до начала дождя, то найдет Лунную Плесень.

Однако придется подождать до вечера.

— Хорошо.

Киога позволил Синдж отвести себя в сторонку. Но продолжал одним растерянным глазом смотреть на Пенни. Из языка тела Пенни следовало, что она об этом знала, но не придавала этому особого значения.

Барат подозвал Доллара Дэна, чтобы обсудить способы заключить Кивенс в облако отчаянных крысюков.

Машего наклонилась и прошептала: