«Практический работник» Георгий Маленков

По мнению Молотова, «главными недостатками товарища Маленкова являются: во-первых, беспринципность в политике и, во-вторых, беззаботность в вопросах теории». Примером беспринципности, на котором он сосредоточит свое внимание, станет особая, тесная дружба Маленкова «с таким проходимцем, как Берия». Прежде всего именно поэтому он и получил пост председателя Совета министров. Связь с Берией, продолжит Молотов, «была не такой уж случайной. Это было в свое время не такое простое “предприятие”: Лаврентий Берия и Георгий Маленков. Долгое время Лаврентий и Георгий были неразлучны. Друг без друга никуда. Во всем поддерживали друг друга, и иной раз явно за счет интересов дела»¹⁰⁰.

«Другой серьезный недостаток товарища Маленкова, – скажет Молотов, – беззаботность в вопросах теории». В качестве примера такой «беззаботности» Молотов назовет «германский вопрос», в котором, по его словам, Маленков «поплелся за Берия по такой дорожке, которая вела явно в сторону от коммунистических позиций, вела к капитализму». Обсуждение этого вопроса в мае 1953 года, продолжал Молотов, показало, что Берия и Маленков отказываются поддерживать такой курс в отношении Германской Демократической Республики, который ведет ко все большему сближению с СССР и постепенному строительству социализма в ГДР.

Столь же «беззаботным» сочтет Молотов тезис о гибели мировой цивилизации в случае третьей мировой войны. Не об этом следует говорить коммунисту, скажет Молотов, а о том, чтобы подготовить и мобилизовать все силы «для гибели капитализма, для гибели буржуазии».

Молотова поддержит Каганович, описавший закулисные интриги Маленкова и Берии в дни смерти Сталина, о чем нам уже приходилось подробно говорить выше. Каганович раскритикует методы работы Маленкова, которые назовет канцелярско-бюрократическими, проистекающими из незнания дела и неумения по-живому организовать работу. Правда, заметит Каганович, «тов. Маленков сам по себе очень обходительный человек»¹⁰¹.

Укажет Каганович и на «коренную ошибку» Маленкова, который якобы дал повод «меныпевиствующим экономистам» ревизовать всю партийную линию на приоритетное развитие тяжелой промышленности.

Позицию Маленкова по германскому вопросу Каганович расценит как «капитулянтство», «социал-демократизм».

В заключение Каганович вновь выразит общее, судя по всему, возмущение членов коллективного руководства попыткой Маленкова уйти от публичного признания ошибок: «Вы признали ошибки, но, к сожалению, вы фактически начали полемизировать». И далее: «Мы считали, что на Президиуме договорились полностью… Вы должны признать, что потерпели поражение как работник и должны как деятель возместить хоть бы частично своим горбом, своим трудом то, что потеряли»¹⁰².

В процессе обсуждения персоны Маленкова тот будет представлен олицетворением бюрократического стиля работы, ставшего причиной многих бед и осужденного партией. Помимо обвинений в бюрократизме, Маленкову будут предъявлены и другие претензии. Кодифицирует эти претензии постановление Президиума ЦК от 29 и 31 января 1955 года, принятое под председательством Хрущева, которое затем единогласно будет одобрено пленумом.

В нем констатировалось, что «тов. Маленков Г.М. не обеспечивает надлежащего выполнения обязанностей Председателя Совета министров СССР». Важнейший акцент был сделан на содержании выступления Маленкова на V сессии Верховного Совета СССР, которая с «большими, экономически малообоснованными обещаниями напоминала скорее парламентскую декларацию, рассчитанную на снискание дешевой популярности». Отмечалось, что в той же речи Маленковым «было допущено теоретически неправильное и политически вредное противопоставление темпов развития тяжелой промышленности темпам развития легкой и пищевой промышленности, выдвигался в качестве основного вывода лозунг форсированного развития легкой индустрии». В результате «некоторые горе-экономисты… стали развивать уже явно антимарксистские, антиленинские, правооппортунистические взгляды по коренным вопросам развития советской экономики, требуя преимущественных темпов развития легкой индустрии».

Возложат на Маленкова политическую ответственность и за серьезное отставание сельского хозяйства. Вопрос о предлагавшихся им мерах будет обойден и сформулировано обвинение, будто он, «по существу», и не пытался всерьез разобраться «в коренных вопросах сельского хозяйства».

Маленкову поставят в вину и выступление 12 марта 1954 года на собрании избирателей, где он допустил «политически ошибочное и вредное утверждение» о возможности «гибели мировой цивилизации» в случае, «если империалистами будет развязана третья мировая война». Такая установка, говорилось в документе, способна породить «настроения безнадежности усилий народов сорвать планы агрессоров, что выгодно только империалистическим поджигателем новой мировой войны».