«Практический работник» Георгий Маленков

В этом ключе Н.С. Хрущев выступил 25 февраля 1956 года на закрытом заседании XX съезда КПСС. В своем докладе «О культе личности и его последствиях» он, по сути, перекладывал вину за репрессии и «злоупотребления властью» на одного Сталина, освобождая тем самым от ответственности всех членов Политбюро и партийно-государственное руководство. Надо отметить, однако, что вопрос о подготовке специального доклада с осуждением культа личности и выступлении с ним Хрущева был решен далеко не сразу. Его отчетный доклад съезду не раз обсуждался, но при этом в тексте доклада не содержалось даже подходов к проблеме культа личности. Еще 25 и 30 января 1956 года этот вопрос не ставился на Президиуме на обсуждение¹¹⁷. Доклад на эту тему первоначально был подготовлен как итог работы комиссии, созданной решением Президиума ЦК 30 декабря 1955 года под руководством секретаря ЦК Поспелова. В тот день Хрущев предложит разобраться в причинах массовых репрессий против членов ЦК 17-го созыва. В дискуссии по этому вопросу Маленков выскажется вполне нейтрально, мол, следует «посмотреть» в делах Ягоды и Ежова. 1 февраля в связи с работой комиссии Поспелова в повестку дня заседания Президиума будет вынесен вопрос «о деле Родоса». Полковник госбезопасности Б.В. Родос являлся заместителем начальника следственной части по особо важным делам НКВД – НКГБ СССР. В 1956 году за участие в фальсификации следственных дел он будет приговорен Военной коллегией Верховного суда к высшей мере наказания и расстрелян. К моменту заседания его арестуют, в тот же день привезут в Кремль и допросят прямо на заседании Президиума. Тогда при обсуждении темы репрессий Хрущев и скажет: «В докладе еще, может быть, добавить». Его тут же поддержат Первухин, Булганин и Микоян. Молотов, Каганович и Ворошилов займут более сдержанную позицию.

Протокольная запись заседания зафиксирует не слишком внятную, но в целом одобрительную реплику Маленкова: «Правильно посмотреть на факты. Правильно ставить вопрос. Сказать надо партии». Хрущев, завершая обсуждение, произнесет небольшую речь, запись которой имеет смысл привести дословно:

«т. Хрущев. Ягода, наверное, чистый человек.

Ежов – ” – .

В основном правильно высказывались.

Надо решить в интересах партии.

Брошюра «О культе личности и его последствиях».

25 февраля 1956 [РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 171. Д. 489. Л. 164–165]

Сталин преданный делу социализма, но все варварскими способами. Он партию уничтожил. Не марксист он. Все святое стер, что есть в человеке.

Всех своим капризам подчинял.

На съезде не говорить о терроре. Надо наметить линию – отвести Сталину свое место

(почистить плакаты, литературу).

Взять Маркса-Ленина.

Усилить обстрел культа личности.

Заканчивается обмен мнениями»¹¹⁸.

В другом варианте доклада, разосланном Хрущевым 4 и 5 февраля членам и кандидатам в члены Президиума ЦК, тема культа личности вновь обойдена молчанием. 9 февраля Президиум заслушает доклад комиссии Поспелова, в котором 1935–1940 годы будут названы «годами массовых репрессий советских граждан». Кроме того, сообщалось, что в этот период «было арестовано по обвинению в антисоветской деятельности 1 920 635 человек, из них расстреляно 688 503 человека»¹¹⁹.

Хрущев в своих воспоминаниях заметит, что не помнит точно, кто именно поддержал его мнение о необходимости дополнить соответствующим разделом отчетный доклад ЦК съезду. «Думаю, – говорится в его мемуарах, – что это были Булганин, Первухин, Сабуров… Возможно, Маленков тоже поддержал меня»¹²⁰. В конечном итоге собравшиеся решили согласиться с необходимостью сделать еще один специальный доклад.

Маленков скажет: «Мы испытываем чувства радости от того, что оправдываем товарищей, но объяснить их оправдание нельзя, не объясняя роли Сталина. Никакой борьбой с врагами не объяснить, почему перебили кадры. “Вождь” действительно был “дорогой”». В целом Маленков согласился с основными положениями доклада комиссии Поспелова. «Считаю правильным предложение сказать съезду», – такими словами он поддержит Хрущева на заседании Президиума ЦК 9 февраля 1956 года¹²¹. Маленков также высказался против разделения деятельности Сталина на два этапа, как к этому призвал секретарь ЦК М.А. Суслов: «Не делать доклада о Сталине вообще», а связать все с культом личности. «Мы этим восстанавливаем Ленина по-настоящему. У Сталина к Ленину проскальзывали нехорошие настроения»¹²².

Хрущев подведет итоги: «Все мы работали со Сталиным, но это нас не связывает. Раз выявились факты, необходимо сказать о них, или [получится, что] мы оправдываем [его] действия. Не [надо] бояться. [Но надо и] не быть обывателями, не смаковать. Развенчать до конца роль личности. На съезде доклад поставить. Секретарей ЦК всех подключить [к его составлению]. Кто будет делать доклад – обдумать…» Проект доклада, подготовленный Поспеловым, разошлют для обсуждения членам и кандидатам в члены Президиума ЦК.