«Практический работник» Георгий Маленков

На одном из заседаний пленума Маленков подтвердит, что это он предложил упразднить пост первого секретаря ЦК, но не вносил предложения «о снятии тов. Хрущева». Секретарь ЦК Поспелов заметит: «Это то же самое, но это похитрее»¹⁵⁷. За эту «честь» – внести предложение об упразднении поста первого секретаря ЦК – на пленуме, впрочем, поборются и Каганович с Молотовым¹⁵⁸.

Так или иначе, семью голосами против четырех Президиум постановил ликвидировать пост первого секретаря ЦК. За это предложение проголосовали председатель Совмина Булганин, председатель Президиума Верховного Совета Ворошилов, первые заместители председателя Совмина Молотов, Каганович, Первухин, Сабуров и Маленков, имевший статус заместителя председателя. Против проголосуют Микоян, Суслов, Кириченко и сам Хрущев. Голосование завершит четырехдневное заседание Президиума.

В группе сторонников Хрущева в эти дни созреет план вынести вопрос о власти на пленум ЦК. 53 члена ЦК обратятся в Президиум с просьбой «срочно созвать пленум ЦК и вынести» вопрос о руководстве Президиума и секретариата на обсуждение пленума. 21 июня делегация в составе 20 членов ЦК явилась на заседание Президиума, но в зал заседаний ее не допустили. Этот приход будет расценен «группой Маленкова» как «давление». Хрущев станет добиваться приема делегации, а получив отказ, заявит, что как избранный секретарь ЦК сам пойдет с ними разговаривать. В результате было решено, что четыре члена Президиума (Ворошилов, Хрущев, Микоян и Булганин) будут направлены для переговоров.

Хрущеву удастся совершить этот маневр при поддержке председателя Комитета госбезопасности И.А. Серова и заместителя министра обороны Г.К. Жукова. Самолетами военной авиации в Москву были доставлены члены ЦК из числа сторонников Хрущева. К месту заседания Президиума пришли еще 87 находившихся в Москве членов ЦК. Таким образом, собрались 107 членов ЦК из 130. Они потребовали немедленного созыва пленума, который откроется уже на следующий день и будет работать в течение 22–29 июня 1957 года. Под их давлением были сняты с повестки дня вопросы о первом секретаре и составе Секретариата.

На этом пленуме Хрущеву и его сторонникам удастся объяснить противостояние в Президиуме борьбой диаметрально противоположных позиций по отношению к курсу XX съезда. На пленуме также был поднят вопрос о личной причастности Молотова, Кагановича, Маленкова к организации репрессий сталинского периода. Первым это сделает Г.К. Жуков, указав на Маленкова, Кагановича и Молотова как на главных виновников арестов и расстрелов партийных и советских кадров¹⁵⁹

.

И.А. Серов. 1940-е

[Из открытых источников]

В выступлении заместителя министра обороны впервые будет обнародована общая цифра расстрелянных по сталинским расстрельным спискам, то есть подписанным лично Сталиным и другими членами Политбюро в 1937–1938 годах, – 38 679 человек. Вина Маленкова, подчеркнет Жуков, больше, чем вина Кагановича и Молотова, «потому что он наблюдал, и ему было партией поручено наблюдение за НКВД, с одной стороны, а с другой стороны, он был непосредственным организатором и исполнителем этой черной, нечестной, антинародной работы по истреблению наших людей, наших кадров». Намеренно или по незнанию, но Жуков введет пленум в заблуждение, на что Маленков не преминет обратить внимание собравшихся. Он напомнит, что секретарем ЦК он станет после XVIII съезда партии и ему не поручали в то время наблюдение за органами МВД¹⁶⁰. Заявит Жуков на пленуме и «об организации [Маленковым] специальной тюрьмы для партийных кадров»¹⁶¹

. С этим набором обвинений Маленкову еще не раз придется столкнуться в будущем.

Заканчивая разговор о пленуме, важно обратить внимание на его неординарную роль в истории Коммунистической партии Советского Союза. Это один из немногих партийных форумов, который выступил арбитром в споре представителей высшего руководства, причем в полном соответствии с уставными нормами внутрипартийной жизни. Нормы эти на протяжении десятилетий носили формальный характер, а все решения коллегиальных органов заранее подготавливались правящей верхушкой, которая обеспечивала и механизмы их принятия. Цепь исторических событий предоставила участникам пленума редкую возможность попытаться на деле обеспечить переход высшей партийной власти от партийной олигархии в руки коллегиального органа. Однако представителям среднего звена партийного управления эта идея, судя по всему, даже в голову не придет. Высшим партийным органом в период между съездами вплоть до распада СССР пленумы будут оставаться только на бумаге.

<p>Еще раз о помощниках</p>

Выше нам уже приходилось рассказывать об одном из ближайших сотрудников Маленкова в годы войны – В.В. Кузнецове. Теперь самое время поговорить о заведующем секретариатом и его личном секретаре Д.Н. Суханове, который сыграет серьезную роль в компрометации Маленкова.