Читаем Правда о православных «святых» полностью

Правда о православных «святых»

На страницах этой книги православные святые предстают перед судом разума без прикрас. И оказывается, что люди, причисленные церковью к лику святых, в действительности совсем не похожи на тех, которых рисуют жития святых. С истинным лицом многих святых, имена которых мы встречаем в церковном календаре, и знакомит читателя автор книги. Книга эта интересна не только тем, кто занимается вопросами научного атеизма, но и самым широким читательским кругам.

Анатолий Васильевич Белов

Религиоведение18+

Анатолий Васильевич Белов

ПРАВДА О ПРАВОСЛАВНЫХ «СВЯТЫХ»


Введение

В церкви идет служба. Под расписными сводами разносится низкий голос священника, произносящего слова христианского символа веры: «Верую во единого бога отца, вседержителя, творца небу и земли, видимым же всем и невидимым…».

Во единого бога… Христианские богословы подчеркивают, что их религия единобожна, монотеистична в отличие от так называемых языческих политеистических религий, для которых характерна вера во многих богов. Но в действительности, хотя христиане провозглашают веру в единого бога, христианство не является единобожным в строгом смысле этого слова. Уже сам христианский бог, по учению церкви, существует в трех лицах, трех «ипостасях» — бога-отца, бога-сына, бога-духа святого. Помимо того верующие христиане почитают богородицу; ангелов, бесплотных духов, через которых бог якобы возвещает волю свою; чертей, тоже духов, но злых; «пророков», предсказывающих будущее и творящих чудеса; «учеников» Иисуса Христа — апостолов; так называемых святителей — патриархов, митрополитов, архиепископов и епископов, «угодивших богу»; мучеников, «пострадавших и умерших за веру Христову»; преподобных «мужей и жен», взявших на себя обет монашества; праведных и других «угодников божьих». Христианская церковь именует их святыми, требуя от верующих поклонения им.

Христианский полный месяцеслов насчитывает около 190 тысяч святых. При этом в некоторых местностях отдельных святых верующие почитают не менее, чем главных лиц христианской троицы. Достаточно назвать хотя бы таких святых, как Николай Чудотворец, Илья Пророк и др. Все это говорит о том, что христианство, как и любая другая религия, является в действительности религией многобожной, политеистической, пантеон которой насчитывает множество различных по рангу богов. К христианству можно в полной мере отнести слова Е. Ярославского: «Ни одна религия не была в прошлом и не является ныне религией единобожия. Во всех религиях существует вера во многих богов — главных и второстепенных, добрых и злых. При этом часто не главные боги находятся у верующих в почете, а именно боги второстепенные…»[1]

Христианская церковь, в частности русское православие, всячески поддерживает культ святых, используя его как одно из сильнейших средств религиозного влияния на верующих. При этом православные богословы убеждают свою паству в том, что культ святых  — явление чисто христианское, присущее единственно истинной религии, единственно правой вере. Сами же святые, по словам служителей культа, являются образцами поведения, благочестивой жизни, «истинно христианского подвига». «Святая православная церковь, — писал митрополит Николай, — взлелеяла, вскормила своим духовным молоком, возвела на небо и прославила тысячи божьих угодников, которые стали нашими молитвенниками, нашими заступниками пред престолом божьим. Их многие тысячи: и прославленных всею церковью, и почитаемых на местах, в отдельных областях, и ведомых только одному всеведущему господу».[2]

Что же в действительности представляет собой христианский культ святых? Какова история его возникновения? Какова его роль на протяжении многих лет истории христианства? Что составляет его содержание и подлинный смысл?

У истоков культа святых

Христианский культ святых, как и христианская религия в целом, не возник на пустом месте. И хотя богословы называют его чисто христианским явлением, специфическим для этой религии, можно легко опровергнуть эти утверждения, проследив преемственную связь культа святых с древними верованиями, в частности с культом предков, существовавшим у большинства народов далекого прошлого и свойственным одной из стадий исторического развития общества — патриархально-родовому строю.

Первобытные люди, веря в существование у человека независимой от тела души, полагали, что душа, отлетающая от тела после смерти человека, может оказывать влияние на судьбы живых. Подобные анимистические верования породили на стадии материнско-родового строя культ духов-покровителей, а затем, в эпоху патриархально-родового строя, — культ предков, как фантастическое отражение в сознании людей власти патриархальных глав семей и старейшин родов. Культ предков встречается у разных народов земного шара.

Веря в то, что души умерших могут оказывать влияние на жизнь и благополучие живущих людей, наши далекие предки старались умилостивить умерших и приносили жертвы на их могилах. Особое внимание проявлялось к душам вождей, отважных воинов, старейшин родов и племен. Такие представления сохранились у некоторых народов до нашего времени.

Перейти на страницу:

Все книги серии Научно-популярная серия

Григорий Николаевич Потанин. Жизнь и деятельность
Григорий Николаевич Потанин. Жизнь и деятельность

Для широкого круга читателей большой интерес представляет жизнь Г. Н. Потанина — выдающегося исследователя стран и народов Внутренней Азии, культурного деятеля, много способствовавшего просвещению Сибири до Великой Октябрьской революции.Григорий Николаевич Потанин организовал изучение быта и эпоса бурят и других сибирских народов, устраивал музеи и выставки, хлопотал об открытии новых отделов Географического общества, был в числе учредителей первых высших женских курсов в Томске и общества вспомоществования их учащимся; организовал в Томске Общество изучения Сибири и раздобыл ему средства для отправки экспедиции в Монголию по изучению русской торговли; принимал живое участие в сибирской передовой периодической печати. По окончании путешествий он занялся также обработкой собранных материалов по верованиям и сказаниям тюркских и монгольских народов и пришел к интересным выводам о связи между восточными и западными легендами относительно сына божьего, изложенным в нескольких трудах.

Владимир Афанасьевич Обручев

Биографии и Мемуары / Приключения / Путешествия и география / Документальное
Иван Грозный
Иван Грозный

Из текста: Если бы Иван IV умер в 1566 г., в момент своих величайших успехов на западном фронте, своего приготовления к окончательному завоеванию Ливонии, историческая память присвоила бы ему имя великого завоевателя, создателя крупнейшей в мире державы, подобного Александру Македонскому. Вина утраты покоренного им Прибалтийского края пала бы тогда на его преемников: ведь и Александра только преждевременная смерть избавила от прямой встречи с распадением созданной им империи. В случае такого раннего конца, на 36-м году жизни, Иван IV остался бы в исторической традиции окруженный славой замечательного реформатора, организатора военно-служилого класса, основателя административной централизации Московской державы. Ивану Грозному, однако, выпала на долю иная судьба, глубоко трагическая. Он прожил еще 18 лет, и это были годы тяжелых потерь, великих несчастий для страны.

Роберт Юрьевич Виппер

Историческая проза

Похожие книги

ОТКРЫТОСТЬ БЕЗДНЕ. ВСТРЕЧИ С ДОСТОЕВСКИМ
ОТКРЫТОСТЬ БЕЗДНЕ. ВСТРЕЧИ С ДОСТОЕВСКИМ

Творчество Достоевского постигается в свете его исповедания веры: «Если бы как-нибудь оказалось... что Христос вне истины и истина вне Христа, то я предпочел бы остаться с Христом вне истины...» (вне любой философской и религиозной идеи, вне любого мировоззрения). Автор исследует, как этот внутренний свет пробивается сквозь «точки безумия» героя Достоевского, в колебаниях между «идеалом Мадонны» и «идеалом содомским», – и пытается понять внутренний строй единого ненаписанного романа («Жития великого грешника»), отражением которого были пять написанных великих романов, начиная с «Преступления и наказания». Полемические гиперболы Достоевского связываются со становлением его стиля. Прослеживается, как вспышки ксенофобии снимаются в порывах к всемирной отзывчивости, к планете без ненависти («Сон смешного человека»). Творчество Достоевского постигается в свете его исповедания веры: «Если бы как-нибудь оказалось... что Христос вне истины и истина вне Христа, то я предпочел бы остаться с Христом вне истины...» (вне любой философской и религиозной идеи, вне любого мировоззрения). Автор исследует, как этот внутренний свет пробивается сквозь «точки безумия» героя Достоевского, в колебаниях между «идеалом Мадонны» и «идеалом содомским», – и пытается понять внутренний строй единого ненаписанного романа («Жития великого грешника»), отражением которого были пять написанных великих романов, начиная с «Преступления и наказания». Полемические гиперболы Достоевского связываются со становлением его стиля. Прослеживается, как вспышки ксенофобии снимаются в порывах к всемирной отзывчивости, к планете без ненависти («Сон смешного человека»). Творчество Достоевского постигается в свете его исповедания веры: «Если бы как-нибудь оказалось... что Христос вне истины и истина вне Христа, то я предпочел бы остаться с Христом вне истины...» (вне любой философской и религиозной идеи, вне любого мировоззрения). Автор исследует, как этот внутренний свет пробивается сквозь «точки безумия» героя Достоевского, в колебаниях между «идеалом Мадонны» и «идеалом содомским», – и пытается понять внутренний строй единого ненаписанного романа («Жития великого грешника»), отражением которого были пять написанных великих романов, начиная с «Преступления и наказания». Полемические гиперболы Достоевского связываются со становлением его стиля. Прослеживается, как вспышки ксенофобии снимаются в порывах к всемирной отзывчивости, к планете без ненависти («Сон смешного человека»).

Григорий Соломонович Померанц , Григорий Померанц

Критика / Философия / Религиоведение / Образование и наука / Документальное