Правда о православных «святых»

На канонизации Серафима Саровского настаивала императрица Александра Федоровна, женщина религиозная и суеверная, находившаяся под влиянием разного рода шарлатанов от религии, таких, как самозванный лекарь из Франции Филипп и ряд других «прорицателей», а впоследствии печальной памяти ловкий авантюрист Григорий Распутин. По дошедшим свидетельствам, кандидатура Серафима Саровского на роль нового святого была подсказана царской чете пользовавшимся популярностью при дворе церковником, мракобесом Иоанном Кронштадтским.

Когда в царских покоях созрела мысль о канонизации Серафима Саровского, царь вызвал обер-прокурора святейшего синода К. П. Победоносцева и повелел ему принять все меры к быстрейшему провозглашению Серафима святым. Победоносцев пытался было убедить государя, что этот вопрос нельзя решать опрометчиво, канонизация требует известной подготовки, ибо можно легко попасть впросак (он помнил, что поспешные канонизации не раз кончались конфузом). Однако ответом обер-прокурору были слова императрицы: «Царь все может!».

В этот период, разъясняя массам подлинные причины церковного фарса с канонизацией Серафима Саровского, тульский комитет РСДРП выпустил листовку, в которой говорилось: «…Правительство придумывает всякие приманки, чтобы отвлечь от себя внимание народа. С этой целью оно и решило объявить нового святого: к прежним уже привыкли, а новый, он всех потянет к себе; изголодавшийся, изобиженный, угнетенный народ валом повалит к чудотворцу и в горячих молитвах к нему забудет земные скорби и обиды, а попы по этому удобному случаю будут твердить, что нужно быть терпеливым, сокрушаться о своих грехах и почитать начальство…»

Церковный обман разоблачался и в листовке нижегородского комитета РСДРП, которая была адресована «к саровским богомольцам». В ней говорилось об истинных причинах попыток канонизации старца Серафима. «Вы знаете, для чего правительству нужны мощи: для того, чтобы вы были послушны как овечки, чтобы легко обирать вас. А чтобы еще более нагнать на вас страху, на открытие мощей приедут и сами изобретатели их — помещики и заводчики, которые так хорошо грабят вас, митрополиты и губернаторы, которые приказывают стрелять в вас, митрополиты и попы, которые благословляют стрелять в вас солдат. Придет и сам царь, который награждает министров за то, что обирают вас, и солдат за то, что стреляют в вас… Посмотрите же на них и не забудьте, что эти пиявки снова будут сосать и давить вас и это будет продолжаться до тех пор, пока вы не сбросите с себя эту шайку дармоедов».

Получив указание от самого государя, синод спешил. В январе 1903 г. Николаю II был подан на утверждение доклад святейшего синода о причислении «благоговейного старца Серафима, почивающего в Саровской пустыни» (бывшей Тамбовской губернии), к лику святых. Царь собственноручно начертал на этом докладе: «Прочел с чувством истинной радости и глубокого умиления».

Но канонизацию надо было оформлять надлежащим образом. Надо было найти свидетельства «чудесных» деяний «великого старца», надо было убедиться в нетленности его мощей. С первым делом церковь справилась без труда: церковниками были написаны книги, брошюры, листовки о «святой» жизни Серафима Саровского. Авторы этих писаний не скупились на «чудеса», которыми они в обилии сдабривали ничем не примечательную жизнь отшельника.

В многочисленных писаниях духовенства, выходивших в ту пору, делалась попытка канонизации «великого старца» без канонизации, т. е. создания культа Серафима Саровского в таких масштабах, чтобы это вызвало естественный отклик синода и последующую официальную канонизацию. Духовенство призывало верующих принять участие в массовых паломничествах к могиле старца: «Иди же многострадальная Русь, иди ко гробу Саровского старца, притекай к нему верой и сердцем, когда это сердце изнывает под бременем жизни», — обращался к верующим один из церковных авторов. И заключал: «Ждет православная Русь прославления своего благодатного старца».[117]

Сложнее было со второй частью задуманной программы. Для освидетельствования мощей новоявленного святого была создана специальная комиссия, которая вскрыла в Саровском монастыре гроб отца Серафима. «Но каково же было общее изумление, — читаем мы в одном из изданий, выпущенном незадолго до первой мировой войны, — когда в гробу оказался простой скелет с истлевшими волосами и клочками савана вместо благообразного старца, каким положили в гроб саровского праведника».

Ситуация складывалась настолько скандальная, что даже саровские монахи, опасаясь возмущения масс, которые могли узнать правду о «нетленных мощах» кандидата в святые, поспешили отказаться от участия в канонизации Серафима Саровского. Такую же позицию занял тамбовский епископ Димитрий Ковальницкий, мотивируя ее тем, что обман с мощами старца Серафима может нанести вред церкви, подорвать ее авторитет в глазах верующих.