Правда о «Титанике». Участники драматических событий о величайшей морской катастрофе

«Старшина-рулевой Роу, мистер Боксхолл и я подавали сигналы бедствия. Всего, по-моему, мы запустили шесть ракет через равные интервалы. Закончив подавать сигналы бедствия, мы увидели, что осталось две шлюпки (складные шлюпки Энгельгардта, С и D). Все спасательные шлюпки ушли до того, как на воду спустили складные шлюпки. Так и должно было быть, поскольку складные шлюпки находились на палубе и нужно было спустить остальные шлюпки и только потом прикреплять к шлюпбалкам складные шлюпки. Те же шлюпбалки, по которым спускали спасательные шлюпки и шлюпки для экстренного спуска, применялись и после, при спуске складных шлюпок.

Свидетель утверждает, что он и Роу помогали спустить на воду с правого борта складную шлюпку С, а затем он перешел на левый борт и производил посадку пассажиров в другую шлюпку, D; всего в нее сели около двадцати пяти человек. В шлюпке находился пассажир третьего класса, который направлялся в Альбион (штат Нью-Йорк). (Согласно списку пассажиров, тем человеком был Жозеф Дюгмен.)

Нам велели отойти дальше от корабля, чтобы нас не затянуло в воронку. Когда спускали шлюпку D, полубак едва виднелся над водой; это примерно на 20 футов ниже мостика. Затем корабль опустился еще примерно на 50 футов. Во время спуска шлюпки D носовой фалинь ушел ниже, а кормовой фалинь как будто провис. Свидетель крикнул, чтобы придержали носовой фалинь, посмотрели, в чем дело, и отпустили кормовой фалинь. Шлюпка D отошла от „Титаника“ примерно на 50—100 ярдов, когда корабль затонул[27]. У них в шлюпке имелся фонарь, но не было масла, чтобы его зажечь. После того как свидетель покинул корабль, он слышал какой-то грохот, но это не был взрыв. Больше всего звук напоминал звон цепей.

Когда шлюпка D отошла, с ней поравнялась шлюпка мистера Лоу (№ 14). Мистер Лоу велел всем держаться вместе и спросил, сколько пассажиров в шлюпке D. Стюард Харди посчитал пассажиров и сказал ему. Тогда Лоу перевел десять или двенадцать мужчин из какой-то другой шлюпки в шлюпку свидетеля, потому что она не была заполнена. Оттуда забрали одного матроса. После того в шлюпке D остались тридцать семь человек. Когда рассвело, они увидели одну из складных шлюпок, А, которая находилась на одном уровне с поверхностью воды — ее наполовину затопило. Пятый помощник Лоу взял шлюпку D на буксир, потому что на ней было слишком мало мужчин-гребцов. Затем он пришвартовал к ней шлюпку А и пересадил из нее двенадцать мужчин и одну женщину в свою шлюпку № 14. Они стояли в воде по лодыжки, когда к ним подошли шлюпки № 14 и D. Затем затопленную шлюпку пустили по течению; на ней находилось два (три) трупа. На шлюпке мистера Лоу подняли парус, и она повела их на буксире к „Карпатии“, которая находилась примерно в четырех милях».

Уильям Лукас, матрос (Бр.):

«Когда свидетель сел в шлюпку Энгельгардта D, вода поднялась до мостика. Когда они отошли примерно на 100 ярдов, послышался взрыв, а когда они прошли 150 ярдов, „Титаник“ затонул. Пришлось посадить на весла нескольких женщин. Руля в шлюпке не было. Гребли попеременно то с одной, то с другой стороны, чтобы отойти дальше. Свидетель видел тусклый красноватый свет на траверзе за кормой „Титаника“, милях в девяти, а также носовые огни. Свидетеля перевели на шлюпку № 12».

Дж. Харди, старший стюард второго класса (Ам., с. 587):

«Мы с мистером Лайтоллером спускали на воду эту шлюпку с пассажирами. Кроме меня, там находились старшина-рулевой (Брайт) и два кочегара. На дне шлюпки лежали сирийцы, пассажиры третьего класса; они всю ночь болтали на своем непонятном языке. В шлюпке находились около двадцати пяти женщин и детей. Когда нас спускали на воду, корабль сильно кренился на левый борт. Мы отошли от корабля и сколько-то времени гребли. Мистер Лоу велел нам пришвартоваться к другим шлюпкам, чтобы нас было лучше видно и мы могли дольше продержаться. Поскольку в его шлюпке был полный комплект пассажиров, он перевел в нашу около десяти человек, и в нашей шлюпке стало тридцать пять человек. Когда мы покидали корабль, не видели с нашей стороны ни женщин, ни детей. Спускать шлюпку на воду было некому. И мужчин-пассажиров тоже не было. Они ушли; куда, я не могу сказать. Когда мы спускались, находились не более чем в 40 футах от воды. Мы подобрали из воды мужа одной нашей пассажирки (Фредерик У. Хойт). Он прыгнул в воду и забрался в шлюпку после того, как мы ее спустили. Он сидел рядом со мной, промокший насквозь, и помогал грести.

Я очень уважал офицера Мэрдока и очень сожалею о его гибели. Мы вместе с ним шли по палубе на нос, и он сказал: „Харди, по-моему, кораблю конец“. Он сказал эти слова за полчаса до того, как мою шлюпку спустили на воду.

Сенатор Флетчер: Где находились все остальные пассажиры, 1600 человек?

Харди: Должно быть, они находились между палубами, на нижних палубах или с другой стороны корабля. Не представляю, где они были».

В своем письме ко мне Фредерик М. Хойт так описывает то, что он пережил: