Право на жизнь. История смертной казни

Дети, которых приносили в жертву инки, очень часто оказывались отпрысками знати, и родители, судя по всему, не пытались их спасти – наоборот, отдать ребенка богу было почетно. Если вспомнить, в каком количестве сказок и легенд царскую дочь отдают в жертву дракону, змею, чудищу морскому, медведю, то можно предположить, что это когда-то было нормой. Персей спасает Андромеду, прикованную к скале в ожидании чудовища, которое должно ее сожрать, – но сразу ли у этого мифа появился «хеппи-энд»?

Конечно, где-то подобные обряды продержались дольше, где-то довольно быстро ушли в прошлое, но мифы и сказки донесли до нас глухие воспоминания о том времени, когда человеческие жертвы были чем-то вполне естественным.

Афины платили критскому царю Миносу страшную дань – семь юношей и семь девушек отправляли на Крит, чтобы в мрачном лабиринте отдать на съедение жуткому Минотавру – получеловеку-полубыку. Конечно, этот миф – отзвук воспоминаний о человеческих жертвоприношениях, совершавшихся на Крите. Прекрасные фрески Кносского дворца часто воспринимаются как свидетельство чудесной, веселой и светлой жизни его обитателей. Но в Кноссе с его дивными фресками найдены детские кости с очень подозрительными насечками на них – есть предположение, что это остатки ритуального каннибальского пиршества. А изображения придворных дам со странными волосами, напоминающими змей, сразу вызывают мысли о жрицах Диониса (его культ был важнейшим для Крита). Вакханки, как известно из множества литературных и документальных источников, носили на шее змей, иногда даже ядовитых, разрывали их руками и съедали. А царя Пенфея в трагедии Еврипида они разорвали на части. Тот факт, что культ Диониса был связан не просто с распитием вина и танцами, а сопровождался мрачными жертвоприношениями, сегодня не вызывает сомнений. Тезей убил Минотавтра, и с этого момента они прекратились. Но как долго они продолжались до этого?

А знаменитые «игры с быком», так дивно изображенные на фресках Кносского дворца? Что делают те, кто прыгает через быка? Собираются приносить его в жертву? Или вступают с ним в смертельный бой – на манер сегодняшней корриды, тоже когда-то, в стародавние времена, бывшей не кровавым развлечением, а священным обрядом, который мог закончиться гибелью быка или человека, а может быть, и обоих.

Многочисленные истории о том, как герой обещает колдуну, ведьме – или дает обет Богу – отдать первое существо, которое выйдет его встречать, и этим существом, конечно, оказывается дочь, – чтó это, как не жертвоприношение? «О Иеффай, судия израильский, какое у тебя было сокровище!» – восклицает Гамлет, обращаясь к Полонию и вспоминая ветхозаветного персонажа, вынужденного исполнить клятву и в благодарность за победу пожертвовать дочерью.

Дети и женщины, которых в сказках самых разных народов замуровывали в стены, чтобы сделать крепость неприступной, похоже, в реальной жизни действительно приносились таким образом в жертву – археологи находят как человеческие, так и животные останки в фундаментах многих построек. Как отмечают этнографы, «строительная жертва – это обычай, распространенный по всей земле и у народов всех культурных ступеней. Мы находим его в Китае, Японии, Индии, Сиаме, на о. Борнео, в Африке, у семитов, в Новой Зеландии, на о. Таити, на Гавайских и Фиджийских островах и у чибчей Южной Америки. У всех европейских народов он был распространен в Средние века и под разными формами жив еще до наших дней – в отдельных обрядах»[44].

Впрочем, постепенно с богами научились хитро договариваться. Римский царь Нума Помпилий спас свой город от человеческих жертвоприношений: когда Юпитер повелел приносить жертву головами, Нума быстро перебил его: «Головками лука…» – «Нет, человеческими…» – начал бог произносить страшный приговор. «Волосами», – закончил мудрый Нума.

Однако вспомним рассказ о панике во время приближения Ганнибала. Человеческие жертвы, по мнению Тита Ливия, были чужды римским обычаям – но все-таки были известны, а о необходимости закопать две пары живыми в землю римляне узнали «из книг». Значит, когда-то человеческие жертвоприношения все-таки совершались.

Ахейцы не могли отправиться воевать под Трою, потому что боги не посылали им попутный ветер. Единственным способом вымолить у них помощь ахейцы сочли принесение в жертву дочери Агамемнона, юной Ифигении. В последний момент Артемида унесла Ифигению прямо с алтаря, оставив на нем свое священное животное – лань. И это, скорее всего, отражение замены человеческих жертвоприношений жертвованием животных, которая когда-то произошла в Греции. Точно так же Авраам, уже занесший нож над своим единственным сыном Исааком, был готов принести его в жертву, но ангел остановил его, а в кустах появился баран, занявший место человека на алтаре.