Предназначение человека. От Книги Бытия до «Происхождения видов»

Пределы генетического детерминизма

Гены – поистине удивительное явление. Все же за последние несколько десятилетий мы стали немного хуже понимать их реальную власть. Это непонимание привело к расцвету биологического (или генетического) детерминизма – идеи, согласно которой наше биологическое строение (в противоположность культуре, окружающей среде и личным решениям) является главным фактором, определяющим наше поведение.

Сегодня адвокаты по уголовным делам, выступающие в судах на стороне лиц, обвиняемых в насильственных преступлениях, часто ссылаются на так называемый «ген воина»[112]. Есть даже карикатура, на которой изображен адвокат, озвучивающий перед судьей заявление клиента: «Я невиновен по причине генетического детерминизма, ваша честь». Существует по крайней мере одна компания, готовая проверить ваш геном на наличие предполагаемого «гена неверности»: предоставив образец слюны, вы можете выяснить, есть ли в вас (или в вашем потенциальном спутнике) данный ген – и, следовательно, есть ли вероятность, что вы окажетесь неверными в романтических отношениях. И все это по смешной цене в $149! Та же самая компания поможет установить, есть ли в вашей ДНК любопытство и стремление и риску (так называемый «ген страсти к путешествиям»)[113].

Однако по мере того как мы узнаем о генетике все больше и больше, утверждение, что гены – это элементы, контролирующие наше поведение, становится все менее и менее убедительным. Вот что пишет один ученый (ни много ни мало биолог):

«Многочисленные комментаторы надеются, что наше генетическое приданое совершит подвиги, на которые оно не способно… Учитывая то, на какой уровень поднялась сегодня наука, фразы в духе “понимание генетических истоков личности поможет вам обрести себя и лучше относиться к другим” выглядят откровенно бессмысленными»[114].

В ходе подобных обсуждений мы зачастую неправильно понимаем утверждение, что гены не кодируют характер. Гены действительно не кодируют наши поведенческие особенности (скажем, доброту), но в подавляющем большинстве случаев они также не кодируют присущие нам физические свойства (например, цвет волос). В данном случае ряд неверных представлений восходит еще к школьным урокам, посвященным менделевской генетике. Возможно, вы помните рассказы о том, как Грегор Мендель выращивал горох, а также о доминантных и рецессивных признаках. Из этих основополагающих уроков мы знаем, что перекрестное опыление двух гороховин с гладкозерным горохом ведет к появлению потомства, три четверти которого имеют гладкозерный горох (доминантный признак), а четверть – морщинистый (рецессивный признак).

Однако со временем было обнаружено, что признаки, наследуемые в соответствии с простой менделевской моделью, – не правило, а исключение. У людей такое происходит невероятно редко. Примеры менделевской наследственности у людей можно объяснить заболеваниями (серповидно-клеточной анемией, муковисцидозом, болезнью Хантингтона и другими), но никак не нормальной физиологией. По-видимому, у нас просто не наблюдается нормальных процессов, которые следовали бы образцу менделевского наследования. Даже с теми особенностями, которые, как мы некогда полагали, были унаследованы в соответствии с этим простым образцом – к ним среди прочего относится цвет глаз, – все обстоит, как мы понимаем теперь, намного сложнее[115].

В действительности гены кодируют белки. Белки – это молекулярные машины, которые строят наше тело и позволяют ему функционировать безотказно. Одни белки борются с инфекцией и называются антителами. Другие помогают обеспечить структуру или поддерживают эластичность мышц (титин). Третьи передают сигналы через кровь и называются гормонами. Как много типов белков у человека? Доподлинно это неизвестно. Некоторые эксперты говорят, что наши гены производят от нескольких сотен тысяч до нескольких миллиардов различных типов белков[116].

По мере того как расширялось наше понимание генетики, поддержка генетического детерминизма постепенно ослабевала. Мы признали, что сами по себе гены не действуют как посредники, а регулируются (включаются или выключаются) так называемыми транскрипционными факторами. В свою очередь, эти транскрипционные факторы – и это наблюдение обернулось похоронным звоном для генетического детерминизма – управляются внешней средой. Вот что сказал об этом нейроэндокринолог Роберт Сапольски: «Бессмысленно спрашивать, что делает ген – имеет смысл только то, что он делает в той или иной среде»[117]. Что Сапольски подразумевает под средой? Это может быть среда внутри клетки, прямо за пределами клетки или в мире за пределами тела.