Принципы назначения наказания

А. В. Наумовым к общим принципам уголовного права отнесены принципы законности, демократизма, гуманизма и интернационализма, к межотраслевым — принципы предупреждения преступлений, индивидуализации ответственности и наказания, к специальным — принцип личной ответственности только виновного (называя его по-другому: принцип субъективной ответственности)[191].

Разделение принципов уголовного права на общие и специальные, основные и неосновные, общеправовые (общие) и регулятивные, безусловно, способствует познанию структуры всей правовой системы, уяснению места в ней уголовного права, значения его принципов. «Однако, — как справедливо подмечает В. В. Мальцев, — такие классификации (даже абстрагируясь от их иногда весьма произвольных оснований) носят преимущественно доктринальный, достаточно оторванный от законодательной практики характер и потому не могут быть непосредственно в ней использованы. Право в целом, его межотраслевые институты реальны лишь постольку, поскольку разнообразны и существуют отдельные отрасли права, закрепляющие и первое, и второе. Именно на базе отраслей права, отражающих реальности конкретных сфер общественной жизни — предмета их правового регулирования, возникает весь спектр принципов права, из которых затем в теории выделяются как общие, так и межотраслевые принципы. Поэтому уголовно-правовые принципы скорее не вытекают из общих принципов права, а “втекают” в них, не формируются, а формируют последние»[192].

Распространенным является мнение о делении всех принципов права на три группы: общеправовые, специально-правовые (отраслевые) и принципы отдельных институтов отрасли права. Но вопрос о том, какие именно принципы следует отнести к каждой из трех групп, является дискуссионным. Более того, отдельные принципы (например, законность, справедливость, гуманизм) одни ученые относят к общеправовым (М. Л. Якуб, Т. В. Кленова), а другие эти же принципы — к принципам назначения наказания (М. М. Бабаев, М. А. Скрябин).

Несмотря на тесную связь между содержанием ст. 58 УК Азербайджанской Республики и принципами назначения наказания, нельзя, однако, сводить проблему к ее анализу. Ст. 58 УК Азербайджанской Республики обязывает суд при назначении наказания учесть характер и степень общественной опасности содеянного, личность виновного, смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, но не содержит описания или определения системы социальных требований, через призму которых этот учет должен производиться. Для создания такой системы требуется глубокий теоретический анализ не только множества уголовно-правовых, но и некоторых уголовно-процессуальных норм, а также, что не менее важно, обращение к содержанию социальной политики в целом.

Отсутствие текстуального закрепления в старом уголовном законе принципов назначения наказания являлось одной из причин существования в уголовно-правовой науке весьма разноречивых суждений о том, какие конкретно идеи образуют систему этих принципов. В ряде случаев вопрос об основных принципах назначения наказания подменялся комментированием ст. 35 УК Азербайджанской Республики 1960 г. и аналогичных статьей других союзных республик[193], которая не содержала исчерпывающего перечня основных принципов назначения наказания. Однако, как уже отмечалось, новый УК Азербайджанской Республики внес ясность в этот весьма дискуссионный вопрос.

Следует прежде всего заметить, что решение вопроса о принципах назначения наказания в миниатюре отражает ту картину, которая характерна для решения более общей проблемы соотношения целей и принципов уголовно-правового регулирования. Так, широко распространено мнение о том, что принципы назначения наказания вытекают из целей последнего и призваны выполнять роль средства их достижения[194]. Существует также мнение, что целесообразность является одним из принципов назначения наказания, наряду с которым имеются и другие принципы (например, законность, гуманизм)[195].

Другая ошибка допускается в самом перечне принципов назначения наказания и определений соотношения между ними. Так, В. Д. Меньшагин называл три таких принципа (законность, гуманизм и индивидуализация)[196], такого же мнения придерживаются И. И. Карпец[197], Н. А. Беляев и многие другие авторы. Наблюдаются попытки увеличить этот перечень принципов посредством включения в него справедливости и целесообразности, неотвратимости[198] или существенно пересмотреть его[199].

Представляется правильным рассматривать законность в качестве одного из принципов назначения наказания, существующего наряду с такими принципами, как гуманизм, индивидуализация, справедливость. Утверждение обратного означало бы, что назначение наказания частично основывается на идеях, не предусмотренных законом, в то время как в действительности нет и не может быть правовых принципов, которые бы не были текстуально закреплены в законе или не вытекали из него в результате толкования.