Принципы назначения наказания

По поводу соотношения понятий «смягчающие и отягчающие обстоятельства» и «степень общественной опасности совершенного преступления» в теории уголовного права наметились две крайности. Одна из них — склонность к отождествлению упомянутых в перечне смягчающих и отягчающих обстоятельств с признаками состава преступления. Другая крайность ведет к разрыву связи рассматриваемых обстоятельств с содержанием преступления, его признаками. Так, В. С. Марков, исследовавший связь смягчающих и отягчающих обстоятельств со степенью общественной опасности преступления, в качестве исходного избрал верное само по себе положение о том, что понятия эти «находятся между собой в отношении относительной независимости». Однако, на наш взгляд, отсюда он сделал логически не вытекающий вывод о том, что «обстоятельства, смягчающие или отягчающие ответственность, не являются признаками преступного деяния»[407], понимая под последними не только признаки состава преступления, но и иные особенности содеянного.

Значительно чаще в теории уголовного права, смягчающие и отягчающие обстоятельства, имеющиеся в деле, рассматриваются в их соотношении не со степенью общественной опасности преступления, а с личностными данными, т. е. со вторым критерием, названным в ст. 58.3 УК Азербайджанской Республики. Однако и здесь должной ясности не достигнуто, и причин тому, на взгляд Л. Л. Кругликова, две. «Во-первых, исследователей невольно “смущает” закрытый перечень отягчающих наказание обстоятельств. Во-вторых, допускается просчет в исходном — вопрос о соотношении пытаются решить, отталкиваясь от этимологического значения слов в употребленном законодателем выражении “обстоятельства дела, смягчающие и отягчающие ответственность”»[408].

Личность виновного — самостоятельный элемент общих начал назначения наказания и в этом качестве имеет собственное содержание; в ст. 58.3 УК Азербайджанской Республики о ней упоминается ранее, чем о смягчающих и отягчающих обстоятельствах, что не позволяет рассматривать ее как «придаток» к последним. Данные, относящиеся к личности осужденного, должны учитываться судом при назначении наказания независимо от того, упомянуты они в перечне ст. 59 и 61 УК Азербайджанской Республики или не упомянуты.

Своеобразной позиции придерживается Г. Загорский, полагающий, что «смягчающие и отягчающие ответственность обстоятельства по своей природе связаны с составом преступления и характеризуют субъект преступления, его объективную и субъективную стороны. Личность же преступника характеризуется многими другими чертами, проявлениями индивида, которые не относятся к составу преступления»[409]. Позиция Г. Загорского нам представляется весьма спорной. Во-первых, потому, что в перечнях указаны виды смягчающих и отягчающих обстоятельств, не «вписывающиеся» в предложенную автором схему. Во-вторых, правоприменительная практика последовательно признает в качестве смягчающих и отягчающих ответственность обстоятельств и те обстоятельства дела, которые не связаны с содеянным.

Согласно еще одной высказанной в литературе точки зрения, единственным и достаточным критерием выбора меры наказания должна быть признана общественная опасность личности виновного, устанавливаемая на основе характера и степени общественной опасности совершенного преступления и обстоятельств дела, смягчающих и отягчающих ответственность. По мнению автора данной позиции «мерой наказания, наиболее эффективной для исправления и перевоспитания осужденного, несомненно, может быть только та, которая соответствует общественной опасности личности виновного»[410]. Таким образом, предложено ограничиваться учетом общественной опасности личности, оставляя за бортом многие обстоятельства, не связанные с категорией общественной опасности личности.