Прислужники Гитлера. Немецкие разведывательно-диверсионные школы и курсы на территории Белоруссии в 1941–1944 гг.

Обучение детей становится практически «поточным». Упор делается не на качество и подготовку агента, а на их количество. В ноябре 1943 г. в партизанской бригаде «Разгром» были разоблачены две девочки 10 и 6 лет. У них были обнаружены отравляющие вещества под видом лекарств[802]. В декабре этого же года был выявлен и разоблачен агент «Петрович Николай Поликарпович 1929 г.р. На допросе он показал, что в апреле 1943 г. был завербован Узденской жандармерией для ведения разведывательной работы против партизан. Кроме того, он выдал партизанские семьи в д. Песочная» [803]. В архивных документах можно встретить данные о том, что детей часто используют в качестве связников и курьеров[804]. В марте 1944 г. в партизанской бригаде «Победа» в деревне Низы был выявлен «14-летний мальчик Герасимчик Николай, который был задержан и доставлен в особый отдел бригады. Из допроса последнего было выяснено, что этот мальчик проживал… в качестве батрака у Антоновича Константина. Антонович приказывал этому мальчику ходить в деревню Симковщина и сообщать в полицию о передвижениях партизан. Мальчик, как зависящий от Антоновича и морально и материально, выполнял все его требования»[805]

К лету 1944 г. на территории Белоруссии стали дополнительно действовать школы (курсы) по подготовке агентов-подростков в Бресте и Барановичах. В Бресте по улице 17-го Сентября «располагалась шпионская школа для несовершеннолетних 1927–1929 годов рождения. Срок обучения в ней составлял 3 месяца. Курсантам полагался оклад за время обучения в 1600 марок»[806]. В марте 1944 г. был разоблачен немецкий агент Павел Потоцкий, который показал, что в марте окончил школу шпионов в Барановичах. Вместе с ним обучалось еще 8 подростков. Во время учебы «немецкие разведорганы от каждого агента берут подписку, в которой указывается, что в случае нарушения или невыполнения задания вся семья расстреливается, хозяйство уничтожается»[807].

Неопределенным представляется вопрос использования Союза белорусской молодежи, как одного из возможных «поставщиков» агентурных кадров для немецких спецслужб. Прямых указаний на это в документальных источниках не выявлено, однако необходимо учитывать тот факт, что СБМ был одной из крупнейших пронемецких организаций на территории БССР со своим административным ресурсом, куда вступила определенная часть сознательных противников советской власти. Кроме того, СБМ имел и свои собственные школы. И, хотя основной задачей этих учебных заведений была подготовка будущих руководителей «молодежного союза» различных уровней, тем не менее, с большой долей вероятности можно говорить о том, что кадры из этих школ привлекались, пусть и в незначительном количестве, к разведывательной работе. Косвенным подтверждением этого является тот факт, что в учебных центрах в Альбертине и Дроздах подросткам преподавали такой предмет, как «борьба с партизанами Беларуси» [808]. Приведем также слова одного из кандидатов на должность инспектора в Руководящий штаб СБМ М. Бондаренко: «Я хочу бороться для победы над большевизмом с наибольшей пользой и прежде всего для освобождения моей Родины Беларуси. Я хорошо знаком с методами советской разведки, имею богатую практику и чутье в вопросе выявления и уничтожения вражеских элементов из русских, которые вошли в доверие в большом количестве к немецким властям»[809].

Традиционно в историографии принято считать, что школы «Союза белорусской молодежи действовали в Альбертине (около Слонима), Дроздах (около Минска) и Флорианово (Ляховичский район). Также работали курсы в минском Доме молодежи[810]. Первое учебное заведение было открыто в Альбертине весной 1943 г. – трехнедельные курсы. По данным белорусского историка А. А. Ковалени, именно эта школа имела «ведущее место в подготовке кадров». За время ее работы тут прошло обучение около 700 человек[811].