Прислужники Гитлера. Немецкие разведывательно-диверсионные школы и курсы на территории Белоруссии в 1941–1944 гг.

Например, в ноябре 1943 г. в Минск прибыл эшелон с советскими военнопленными (300 человек), прошедшими обучение в секретных школах на территории Германии. 150 человек были «разосланы по Минской области с задачей проникнуть в партизанские отряды для разведывательной деятельности и террора против командного состава. Остальные 150 человек подготавливаются к отправке в другие районы Белоруссии и за линию фронта»[676].

Несколько выпусков агентов-военнопленных было в 1944 г. из школ в Минске. В начале января один из учебных центров окончило 1600 агентов, в том числе большое количество военнопленных [677]. В мае этого же года из школы, расположенной в военном городке Козырево, состоялся выпуск 17 агентов, которые под видом красноармейцев и командиров были выброшены в тыл СССР с задачей разведки аэродромов[678].

Большинство агентов, которые засылались в тыл СССР или части Красной армии, вербовались из числа военнопленных. На территории Белоруссии пленные офицеры и красноармейцы проходили обучение на курсах и в спецшколах в Барановичах, Бобруйске, Борисове, Бресте, Витебске, Волковыске, Ганцевичах, Гомеле, Городище, Калинковичах, Колдычево, Копыле, Лошнице, Лунинце, Минске, Могилеве, Мозыре, Молодечно, Орше, Полоцке, Стахово[679] и др.

Подводя итог, укажем, что на протяжении всего периода Великой Отечественной войны военнопленные красноармейцы и офицеры составляли основную базу для вербовки немецкими спецслужбами своей разведывательно-диверсионной агентуры. Эта ситуация была характерна для всех регионов СССР. Точная цифра подготовленной агентуры пока исторической наукой не установлена. По приблизительным подсчетам автора, агенты-военнопленные составляют от 60 до 70 % от общего количества подготовленных шпионов.

4.3. Гражданское население оккупированных областей Беларуси

В данном разделе мы рассмотрим в первую очередь вопрос вербовки и обучения в разведывательно-диверсионных школах женщин и подростков. Такая практика получила широкое распространение на территории БССР и не имела аналогов в других регионах СССР и Европы. Кроме того, будет обращено внимание на некоторые социальные особенности вербовки немецкими спецслужбами представителей отдельных профессий.

Использование «агентов в юбках» было вызвано несколькими факторами.

Во-первых, женщины на территории оккупированной Белоруссии составляли самую большую социальную группу. Основная масса здоровых представителей сильного пола была мобилизована в армию, часть ушла в партизаны, часть – в коллаборационисты, часть эвакуировалась с предприятиями на Восток. Например, на территории Восточной Белоруссии процент женщин достигал 70 % от общего количества населения. Белорусский историк К. Козак вообще определяет женщину, как ключевую фигуру оккупационного режима[680].

Во-вторых, социальная незащищенность этой группы населения открывала немецким разведчикам широкие возможности для их вербовки. Положение женщин на оккупированной территории Белоруссии было крайне тяжелым. Фактически, это была ежедневная борьба за свое выживание и жизнь близких. На женщин распространялась обязательная трудовая повинность, возрастные рамки которой на некоторых территориях составляли от 15 до 55 лет [681]. Они на протяжении всего оккупационного периода становились объектами агрессии, им приходилось сталкиваться с массовыми формами шантажа, расстрелов, изнасилования, осквернения материнских чувств. В такой ситуации одним из способов выживания и заработка становилась проституция. В одном из партизанских отчетов за февраль 1942 г. указывалось, что «во всех городах организованы дома терпимости. В дома терпимости насильно завезены колхозные и городские девушки в возрасте примерно от 15 до 26–28 лет»[682]. В Витебске, например, немцам понадобилось 400 девушек в публичные дома, а желающих нашлось 600. Многие соглашались на эту работу для того, чтобы элементарно прокормить себя и близких[683]. В этих заведениях часто осуществлялась вербовка.

В-третьих, женщинам-агентам было легче составить легенду для их внедрения в партизанские отряды, к примеру, под видом спасающихся от отправки в Германию, бежавших с принудительных работ, или прячущихся от карателей. Для большей достоверности им давались малыши из детских домов[684].

В-четвертых, главными принципами германских секретных органов, особенно после провала блицкрига в Советском Союзе, стали максимальный прагматизм, нацеленность на достижение поставленной задачи, отсутствие моральных, идеологических и политических предубеждений. За основу разведывательной работы были взяты постулаты, озвученные Г. Гессом: «Нет такой тайны, которую нельзя было бы узнать», «Каждый может быть шпионом» и «Каждый должен быть шпионом». Поэтому немецкие спецслужбы активно привлекают к разведывательно-диверсионной работе гражданское население без различия на половозрастные и национальные группы.