Привычка к творчеству. Сделайте творчество частью своей жизни

Открытие резины – прекрасный пример того, как много зависит от удачи. В 1839 году Чарльз Гудьир после многолетних экспериментов заходит в магазин. Там он случайно разливает принесенную с собой смесь каучука и серы на раскаленную плиту и обнаруживает, что вместо того, чтобы расплавиться, как патока, смесь обугливается, как кожа, превращаясь в сухой пружинистый материал, сохраняющий гибкость почти при любой температуре. Гудьир назвал этот процесс «вулканизацией», и резина почти в любом привычном нам виде проходит через него. Это, пожалуй, одна из самых прославленных «случайностей» в истории промышленности. Конечно, Гудьир ее таковой не считал, и я с ним согласна. Он активно занимался поиском прочной резины. Он постоянно экспериментировал и потому был открыт для удачи. Кроме того, хотя этот случай мог произойти с каждым, только человек с открытым умом мог понять важность того, что произошло в магазине. А чтобы повторить опыт в лаборатории, были необходимы все его знания и мастерство. Случай с горячей плитой, как заметил Гудьир, имел смысл только для того, «чей ум был готов сделать выводы», кто «упорно продолжал свои изыскания». Гари Плейер выразил этот принцип коротко: «Чем больше практикуюсь, тем удачливей становлюсь».

Быть готовым к удаче – это как получить голосовое сообщение: «Сегодня, между 9 и 17 часами, с вами случится что-то хорошее. Обеспечьте присутствие за рабочим столом (в студии, лаборатории, офисе) и не закрывайте глаза, чтобы не пропустить все».

Конечно, необходимо быть на месте, чтобы понять, что к вам пришла удача. По Гудьиру, «присутствие» на рабочем месте должно сочетаться с упорством: чем больше времени вы проводите за работой, исследуя, экспериментируя, тем больше шансов, что удача ущипнет вас за нос.

Вуди Аллен как-то сказал, что 80 процентов успеха в шоу-бизнесе зависит от того, как часто актер выходит на сцену. То же самое с удачей: в 80 процентах случаев, чтобы встретить ее, нужно дать ей возможность застать вас на месте. Мои танцоры могут исполнить в студии лучший танец в своей жизни, но, если меня там не будет, чтобы это засвидетельствовать, случится то же, что с вошедшим в поговорку падающим деревом в лесу[3]. Этого никто не увидит.

Гений рекламы Фил Дьюзенберри сделал карьеру креативного директора, сумев сократить расходы «Дженерал Электрик». Компания хотела унифицировать всю свою рекламу, для чего требовалось создать некий объединяющий слоган. В день презентации перед руководителями компании Дьюзенберри чувствовал, что придуманный им слоган не совсем подходит. Это была концепция «Мы делаем вещи, которые делают жизнь лучше…» или что-то в этом роде, но она казалась слабой. Тогда он разложил на столе несколько слоганов и начал переставлять в них слова, как делаю я, когда играю с монетками. В конце концов слова выстроились во фразу: «Мы приносим хорошее в жизнь». Увидев ее, Дьюзенберри сразу понял: это то, что он ищет. Было ли это случайностью или везением? Мог бы кто-то другой увидеть красоту этого слогана? Мог бы кто-то еще играть со словами? Он был готов упорствовать в своих поисках, и его упорство было вознаграждено.

Хочется, конечно, верить, особенно вначале, что творческий процесс не подчиняется никаким правилам. Планирование позволяет упорядочить хаотичный процесс создания чего-то нового, но, если оно заходит слишком далеко, вы сохраняете status quo, а творческое мышление занято лишь тем, чтобы выйти из положения, которое вы сами же и создали. Поэтому важно видеть разницу между разумным и чрезмерным планированием.

За годы работы я многое осознала на не самом положительном личном опыте. Поняла, что, если следовать заранее определенным курсом, можно наткнуться на подводные камни. Я начинала карьеру в мире, где танец жил за счет благотворительности, где мое финансовое обеспечение зависело от грантов. Я стала знатоком по части написания заявок на их получение, в которых нужно было точно указывать, на что я собираюсь тратить деньги – начиная с музыки или лицензий на ее использование и заканчивая пошивом костюмов. Ничего нельзя было упустить. В результате чрезмерное планирование вошло в привычку. Поскольку я люблю держать обещания, у меня развилось стойкое сопротивление переменам. Моя приверженность подготовительным мероприятиям и ритуалу мешала оторваться от плана.

Однако работа в реальном мире в конце концов показала, что я не права. Я увидела, что чрезмерное планирование может быть таким же пагубным, как и полное его отсутствие.

С чрезмерным планированием связана эмоциональная ложь, под покровом которой ситуация воспринимается неадекватно: кажется, что все под контролем, что вы продвинулись дальше, чем есть на самом деле, что уже давно покинули дом, хотя еще не вышли за дверь.