Проблемы индейцев шерифа не волнуют

– Если три из них проскочит, уже будет хороший результат, – заметил Илиодор, стоя рядом с Игорем, – один раз все пять прошли…

– А что в них, колонии же самодостаточны? – спросил Игорь.

– Информация! Кристаллы с фильмами, программы, чертежи, искусство, новости, голограммы макетов разных устройств… Так сказать, нематериальные ценности.

Загорелся желтый.

– Группа – пошли! – скомандовал военный, наблюдая за отправкой, – Спокойно, не спеша!

В арке входа разгоралось розовое сияние, расползаясь по краям. В центре сияния появилось небольшое, но все более увеличивающееся черное отверстие. Свет в отсеке потускнел, вся энергия уходила на прокол пространства.

– Зеленый! Пошли, пошли, пошли! Живей! – закричал сзади офицер, – Шире шаг!

– Давай, давай, вперед! – подхватил один из инженеров, подкидывая на спине рюкзак и заметно ускоряясь. Остальные почти бегом устремились вслед за ним.

За первым створом было темно, по сторонам суетились какие-то тени, наверное это был персонал ретранслятора, но впереди светились арки следующих проходов и группа, не снижая темп, проскочила дальше. За вторым створом сила тяжести заметно усилилась, а со стороны послышались аплодисменты и одобрительный гул. Работники наземной станции подбадривали путешественников.

Группа прошла третий створ. За ним было тихо.

– Четвертый пульсирует, – крикнул один из инженеров.

– Вперед, быстрей! – воскликнул кто-то.

– Нет! В сторону! Скорее отходите! – закричал Илиодор.

Люди рассыпались по сторонам, а в четвертый створ начала заползать платформа с контейнером. Все произошло так быстро, что Игорь только и успел огляделся по сторонам. Было темно и откуда-то тянуло горелой изоляцией. Второй грузовоз уже прошел на станцию и третий полз через проход с предыдущего ретранслятора. В это время оба створа ярко вспыхнули и схлопнулись в центр, перерубив попавшие в них контейнеры и платформы. Из срезов по обе стороны от арок проходов посыпались целые и поврежденные упаковки информационных кристаллов.

– Да что здесь происходит? – возмущенно прокричал кто-то…

Загорелось несколько аварийных ламп и Игорь рассмотрел наконец, что группа находится в центре огромного и почти пустого зала с высоким, в добрый десяток метров вверх, потолком. Одна из дальних стен снизу доверху была застеклена и за ней виднелись далекие звезды на темном, дышащим холодом небе.

– Станция Зимник, – сказал Игорь, – третий ретранслятор на прямой ветке. Но где все люди?

– Туда, вниз, скорее! – прокричал один из инженеров, сбрасывая уже на ходу рюкзак и указывая в сторону.

Около одной из стен в открытом проходе, ведущем в подвальные помещения, мерцало отражение пламени, оттуда же по полу расползался тяжелый черный дым. В глубине прохода кто-то матерился и слышалось шипение. Путешественники похватали со стен свободные огнетушители и бросились на помощь. В длинном коридоре, освещенном аварийными огнями, царил страшный разгром, одна из дверей была расколота пополам и выбита, из проема вырывались языки пламени, перекрываемые чьей-то тенью и облаками углекислого газа. В пять стволов удалось быстро отсечь и затушить огонь. Работник станции, весь перемазанный гарью, в обгоревшей одежде, рванул вниз отсекающий рубильник, перекрывая питание.

– Что случилось?

– Один из накопителей не выдержал, взорвался! – Местный наконец разглядел, тех, кто пришел ему на помощь, – а вы то кто?

– Мы не успели пройти через проход, – ответил за всех Игорь, – где все? И пошли наверх, тебя надо осмотреть, ожоги смазать.

Все дружно заторопились в огромный центральный зал, стараясь поскорее покинуть задымленный коридор.

– Я связист и метеоролог, – сообщил местный, сняв куртку и болезненно морщась от того, что один из инженеров начал накладывать на его обожженное плечо целебную мазь, – Вчера утром пропал канал с северным постом, триста километров отсюда. Мы с охранником вылетели на проверку. Там дел то было на полчаса, но потом завьюжило и пришлось пережидать погоду. Прилетели обратно буквально полчаса назад. Никого нет, станция на автомате проводит подготовку к проходу. Я начал метаться по комнатам, везде разгром. Потом свет пригас, я бегом к пульту. Тут прокол пошел, соединились с соседями, а восьмой накопитель начало зашкаливать, хотя он должен был отдавать энергию. Я побег к нему, тут и рвануло… Пока тушил, вы подоспели…

– А охранник где? – спросил Илиодор.

– Мы как увидели, что нет никого, я ему сказал облететь вокруг, поискать… Вон, садится на крышу, слышите?

Сверху действительно донесся рокот двигателя снижающегося конвертоплана.

– Оставайтесь здесь, я пойду встречу, – решил Игорь и направился к широкой лестнице у стены, ведущей наверх к посадочной площадке.

На крыше было холодно, дул пронизывающий ветер. По крыше носило сухой колючий снег, сразу набившийся под воротник легкой робы. В темном небе неслись обрывки рваных грязных облаков, а над дальней горной цепью висели две небольшие луны.

Игорь подошел к летательному аппарату. Из кабины вышел немолодой уже, но подтянутый мужичок с кобурой на боку.

– Что, не смогли проскочить? – поинтересовался он.