Читаем Прогулки по Петербургу с Виктором Бузиновым. 36 увлекательных путешествий по Северной столице полностью

Сама по себе идея пассажа в современной городской застройке становится все более привлекательной. Удобно и продавцу, и покупателю. Интересно, что с началом перестройки «пассажи», состоящие из рядов ларьков и крытого прохода между ними, появились в новых районах, возле станций метро. Сейчас в городе построены новые роскошные пассажи – на Невском, на Владимирской площади. Много пассажей хороших и разных, но Пассаж – только один.

Торговая Садовая

Одна из старейших улиц Петербурга – Садовая, на всем своем пятикилометровом протяжении живет насыщенной жизнью. Но, наверное, больше всего это относится к ее отрезку от Невского до Сенной. Действительно – Гостиный и Апраксин дворы, Университет экономики и финансов, бесчисленные магазины, да еще близость Сенного рынка – ни на минуту не успокаивается улица, разве что глубокой ночью. И, похоже, так повелось издавна.

Анатолий Федорович Кони в своих «Воспоминаниях старожила» пишет, что на Садовой сосредотачивалась вся петербургская торговля, кроме оптовой. И, конечно, велась она не только на обширных площадях Гостиного и Апраксина, но и во множестве магазинов и лавок. Поэтому с самого начала все первые этажи домов, особенно на отрезке от Невского до Сенной, приспосабливались для торговли. А в остальных этажах сдавались квартиры, причем, цены на них из года в год непрерывно росли. Так, если в 1860-м году квартира из двух комнат стоила 9–15 руб. в месяц, то в 1890-м году такую же квартиру снимали уже за 25–36 руб. Соответственно дорожали и торговые площади. Торговля осуществлялась, в основном, днем, так как благоустройство Садовой во все времена оставляло желать лучшего. Только в первой половине XIX века улицу вымостили булыжником. Чем дальше от Невского проспекта, тем хуже становилось освещение. Электричество на Садовой появилось в начале XX века, и это, конечно, существенно удлинило рабочий день магазинов. Вообще, с годами торговое лицо улицы менялось, и проследить эти изменения можно, познакомившись с биографией почти любого дома на Садовой. Вот угол Банковского переулка и Садовой. Два дома – № 21а и № 25. Дом № 21а кажется несколько инородным. Действительно, он построен позже остальных архитектором В. В. Шаубом в стиле модерн. Когда-то были здесь меняльные лавки Алферова, контора художественного металлолитейного завода Новицкого, банкирская контора Кудрявцева. Собственно здание с самого начала предназначалось для контор. Но как красиво оно оформлено, какие великолепные окна-витрины. Недаром сейчас здесь продают подвенечные платья, требующие красивой подсветки, места для размещения манекенов.


Дом 21а по Садовой улице. 2014 год


А вот дом № 25, выходящий главным фасадом на Садовую, а боковыми – на Банковский и Мучной, много старше своего визави. Ближе к Мучному появляется надстройка, дом становится четырехэтажным. Торговое здание существовало на этом месте с конца XVIII века и неоднократно перестраивалось. Первое, что мы замечаем: на месте нынешних больших витрин первого этажа явно существовала когда-то открытая аркада, наподобие аркады Апраксина двора, характерной для петербургских торговых помещений. Но в 1903 году архитектор Григорий Люцедарский по новому оформил фасад дома № 25. Появился небольшой фронтон, декоративный карниз, пилястры. А на углу Садовой и Банковского – барельефы: женские головки с распущенными волосами – деталь, заимствованная из вошедшего в моду стиля модерн. Видимо, тогда же аркаду заменили большие застекленные окна-витрины и двери. Причем, разной ширины – каждый владелец магазина или лавки перестраивал помещение по собственному усмотрению. А располагались здесь самые разные магазины и конторы: агентство по продаже и покупке процентных бумаг, монет и медалей, страхованию билетов и исполнению биржевых поручений, лавка по продаже гранитоля («наилучшая имитация кожи»), несколько банковских контор, фирма братьев Живягиных, предлагавшая лаки, краски, клей, вареное масло. А еще – книжный магазин Сытина и кондитерский – Бормана. Такое вот соседство двух «королей» – книжного и шоколадного.



Перейти на страницу:

Все книги серии Всё о Санкт-Петербурге

Улица Марата и окрестности
Улица Марата и окрестности

Предлагаемое издание является новым доработанным вариантом выходившей ранее книги Дмитрия Шериха «По улице Марата». Автор проштудировал сотни источников, десятки мемуарных сочинений, бесчисленные статьи в журналах и газетах и по крупицам собрал ценную информацию об улице. В книге занимательно рассказано о богатом и интересном прошлом улицы. Вы пройдетесь по улице Марата из начала в конец и узнаете обо всех стоящих на ней домах и их известных жителях.Несмотря на колоссальный исследовательский труд, автор писал книгу для самого широкого круга читателей и не стал перегружать ее разного рода уточнениями, пояснениями и ссылками на источники, и именно поэтому читается она удивительно легко.

Дмитрий Юрьевич Шерих

Публицистика / Культурология / История / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

Конфуций
Конфуций

Конфуцианство сохранило свою жизнеспособность и основные положения доктрины и в настоящее время. Поэтому он остается мощным фактором, воздействующим на культуру и идеологию не только Китая и других стран Дальнего Востока, но и всего мира. Это происходит по той простой причине, что Конфуций был далек от всего того, что связано с материальным миром. Его мир — это Человек и его душа. И не просто человек, а тот самый, которого он называет «благородным мужем», честный, добрый, грамотный и любящий свою страну. Как таким стать?Об этом и рассказывает наша книга, поскольку в ней повествуется не только о жизни и учении великого мудреца, но и приводится 350 его самых известных изречений по сути дела на все случаи жизни. Читатель узнает много интересного из бесед Конфуция с учениками основанной им школы. Помимо рассказа о самом Конфуции, Читатель познакомится в нашей книге с другими китайскими мудрецами, с которыми пришлось встречаться Конфуцию и с той исторической обстановкой, в которой они жили. Почему учение Конфуция актуально даже сейчас, спустя две с половиной тысячи лет после его смерти? Да потому, что он уже тогда говорил обо всем том, что и сейчас волнует человечество. О благородстве, честности, добре и служении своей родине…

Александр Геннадьевич Ушаков , Владимир Вячеславович Малявин , Сергей Анатольевич Щербаков , Борис Поломошнов , Николай Викторович Игнатков

Детективы / Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Боевики