То, что мы рассматриваем охотничьи мероприятия, и связанные с ними психологические установки и эффекты, развитые до такой степени не говорит о том, что Homo habilis всем этим владели с момента образования их вида. Скорее всего, это всё столь ярко стало обозначаться именно в переходный период от хабилисов к архантропам, и тех переходных форм, которые восприняли эти приёмы в полной мере. Хабилисы ещё не могли этого делать в таком объёме, как мы это представили выше. Ещё было много от инстинктов, обогащенных эффективными моментами прогрессирующего мозга и мало разумного в современном понимании.
Таким образом, на формирование охотничьих навыков, у поздних гоминид стали оказывать:
- мотивы;
- волевые установки на проведения охотничьих мероприятий;
- постоянные упражнения;
-способы объяснения операций (в данном случае имеется в виду косвенное наведение).
-эффективность при обучаемости и прогресс в усвоении материала, с определённой полнотой его уяснения,
- прямая и обратная связь в психологических процессах.
Это всё вместе ещё больше развивало память поздних гоминид. Но ведь наработка навыков являются одной из форм научения, которым даже в то время было уже миллионы лет, и их содержание определялось характером решаемых проблем. Поэтому, чем сложнее задачи, тем они всегда и во всё большей степени требуют приобретения группового и индивидуального более качественного и объёмного опыта, с учётом определённых жизненно необходимых нюансов. Для этого нужно было не только научение, которое есть у многих высших животных, не говоря о современных высших приматах, но и обучение*.
В обучении и научении большую роль в то время играли биологически активные вещества, с помощью которых во многих моментах модифицировалось поведение подростков в процессе научения и обучения, вызывая чувства удовлетворения или не удовлетворения. Это была одной из форм научения по принципу стимул – реакция, одним из основных адаптационных возможностей, где закреплялись даже не рефлекторные реакции, которые очень важны особенно на охоте, а произвольные действия, активируемые событиями. Таким образом, можно сделать вывод, что БАВ играли большую роль при обучении в медленно развивающемся социуме. Это достигалось их действием в процессе индивидуальных форм обучения при сочетании проб и ошибок, где эти вещества эффективно действовали, а так же при восприятии элементов социального опыта по отношению к конкретным моделям поведения.
Фактически научение в нашем случае есть неосознаваемое уяснение содержания проблемы и последующее её закрепление, или ещё можно сказать, непроизвольное запоминание. Это было основной формой приобретения опыта у австралопитеков африканских, который вполне возможно, был даже эффективней чем у нас с вами, но у них существовало уже и обучение, без которого многие элементы процесса охоты были малорезультативны. Если у австралопитеков африканских процесс научения протекал путём исключения из действия определённого числа ошибок, то хабилисы, уже можно сказать, начали учиться на принципах действий. Это был большой шаг вперёд.
Обучение существует даже у современных шимпанзе. Учёные не один раз наблюдали как малыш, глядя на свою мать, обучался разбивать орехоподобные плоды с помощью камня. Данный процесс, зывается сказать, начали их частейы охотничьих мероприятий как облавная и засадная или их комплексыоказывается, ограничен по возрасту. Один или два года и всё. В дальнейшем обучение способом подражания становилось совершенно не эффективным. Обучить повзрослевшего детёныша шимпанзе не представляется возможным, потому, что информация не усваивается, и он так и остаётся «неучем».
Данные действия не являются жизненно важными, поэтому они и не откладываются в голове молодых шимпанзе. Это беда не только высших приматов, но и для человека так же. Например, для освоения языка у нас в наличии имеется генетически обусловленный механизм, который поддерживает и развивает языковые модели в течение раннего периода развития ребёнка. Причём это происходит до определённого возраста после которого, при отсутствии языковой информации происходит атрофия связей в участках мозга ответственных за речевые функции и обучение языкам идёт с большим трудом. Это говорит о том, что овладение языком в принципе зависит не от уровня интеллекта, а от определённой организации мозговой деятельности и психики, возникшей в самом начале становления человека и являющаяся необходимой частью способов выживания. Ну, а у шимпанзе процесс раскалывания орехов не так уж и существенен. Если не будет тех орехоподобных плодов, можно будет найти и другую пищу менее проблемную в добывании. Кроме того исследования в нескольких африканских заповедниках, которые проводились более 30 лет и проводятся сейчас, даже вывели определённые (локальные) культурные поля у шимпанзе, которые на основании своих примитивных культурных наработок различались по способам использования орудий и некоторым возможностям социальных взаимодействий.