Происхождение человека и человечества.

В конце концов, всё это постепенно вело к тому, что жизнь в экологической нише стала практически необходимой только женщинам - архантропам в моменты родов и после родовой период. Наверное, роды не проходили у всех на виду. Для этого находились укромные места отдельно от основной массы праобщины и под хорошей защитой мужчин с участием опытных женщин потому, что слабые матери после родов с беспомощными детьми на руках были хорошей добычей для хищников. Впоследствии такой способ сохранения потомства был табуирован и следы этого остались во многих первобытных племенах, где защита новорожденных от окружающего зла осуществлялась амулетами, талисманами, магически действиями. Кроме того, применялись серьёзные и тщательные меры, предотвращающие проникновение к новорожденному ребёнку посторонних лиц, даже если это были и ближайшие родственники. Начало же этому было заложено в общественной жизни формирующихся архантропов. Групповой отбор быстро выбрал для дальнейшей жизни те праобщины, в которых было бережное отношение к новорожденным и к родившим их матерям. Такое отношение к детям сохранялось до подросткового возраста и на них распространялось биологически активное табу (БАТ о возникновении которого будет рассказано несколько позже) на не причинение зла детям, как это есть у многих видов животных.

Мы уже знаем, что в воде роды были менее болезненны и безопасны, а маленьким гомининам какое-то время было необходимо находиться в полуводной среде, чтобы окрепнуть до необходимых возможностей переносить тяготы передвижения матерей по просторам саваны в составе своих коллективных образований. Поэтому они должны были рождаться и крепнуть только определённые периоды времени, т.е. практически это были групповые роды, которые совершались из-за исчезновения эструса и одновременной овуляции, механизм которой давно уже был выработан.

Исчезновение эструса и появление скрытой овуляции, которая, как и у австралопитека африканского происходила пока один раз в год, позволило хабилисам упорядочить производство потомства и вывести его на организованный уровень, что, по сути, санкционировало создание сплочённых популяций, из которых были исключены конфликты при борьбе за самок. Можно предположить, что рождение потомства происходило один раз в год. Это, как надо понимать, происходило потому, что в экологической нише условия были всегда относительно стабильными и соответствовали необходимым нормам для рождения и выращивания потомства.

Всё это произошло до того как некоторые подвиды формирующихся архантропов, которых знают и изучают в настоящее время, отделились от сукцессионного ряда человека и направились своим путём. В противном случае в нас, современных людях, не сохранилось бы данных социально психологических форм поведения, генетически включённых в половой диморфизм.

Известный французский антрополог А. Валуа на основании изучения объёмного фактического материала, сделал вывод, что в эпоху раннего и позднего палеолита и мезолита продолжительность жизни женщин была несколько меньше, чем продолжительность жизни мужчин. Поэтому длительное время число половозрелых мужчин в первобытных коллективах превышало число половозрелых женщин. А так ли это было? Скорее всего, количество рождающихся представителей женского пола было больше и существенно. Конечно, в последствии их число сокращалось в основном в связи с осложнениями при родах, но женщин было вполне достаточно, для того чтобы праобщины архантропов освоили огромные территории. Экология, в данном случае не может объяснить механизм неравномерности рождаемости полов в силу своей не достаточной компетентности. Она в состоянии только констатировать факты и определять условия жизни, в которой происходит данный эффект.

Количество внутрипопуляционных, функциональных элементов в коллективных формированиях архантропов, затем палеоантропов, а затем, наконец, и их специализированных форм - неандертальцев, а значит и количество этих людей в популяциях, было ограничено рамками их сформированных ранее протокартин мира, культурных надстроек и социальных наработок. Необходимо отметить, что в процессе конкретизации сформированных популяционных\праобщинных (не считая охотничьих), функциональных групп для решения определённых задач или адаптационных моментов появились противоречия, которые не соответствовали, в некоторой степени, природной целостности популяций архантропов как объектов природы. Эти коллективные организации архантропов одновременно с их образованием как вида, стали выходить на социальный уровень функционирования. Но ведь целостность-то как раз и не нарушалась. Были волевые адаптационные усилия коллективов древних людей, на которые они, в принципе, уже были предрасположены через образ жизни хабилисов. Поэтому связи между субонтогенезисными и половыми группами стали существовать на уровне выполнения определённых функциональных обязанностей, которые являлись частью надстроек формирующейся теперь уже картин мира нового вида гоминин.