Промывка мозгов. Машина пропаганды Гитлера и Геббельса

Успешной работе министерства в немалой степени способствовало и то, что по счастливой случайности зданию удалось уцелеть, несмотря на жестокие налеты авиации союзников, хотя во время массированных налетов ноября 1943 года оно серьезно пострадало. Статс-секретарь Гуттерер успешно руководил работами по пожаротушению, но это не спасло его от увольнения. Однако работа его произвела впечатление на Геббельса. Повреждение здания, которое раньше служило дворцом-резиденцией принца, не сделало его непригодным для работы. Геббельс всегда верил, что относительное везение и отсутствие разрушений являлось добрым предзнаменованием для его дела. Но к началу 1945 года счастье изменило ему. Гостиницы, служившие пристанищем для приезжих по делам службы в министерство сотрудников, были разрушены в результате бомбардировок. 13 марта 1945 года министерству был нанесен такой сильный ущерб, что уже не было возможности размещать в том, что от него осталось, персонал отделов. Тогда Геббельс превратил в министерство свою резиденцию на Германгерингштрассе. Уменьшившееся, в результате значительного сокращения, число работников сделало этот переезд возможным. Сам Геббельс сохранял работоспособность, а вот Магда утратила чувство реальности. После того, как Гитлер нанес им в январе визит, особенное удовольствие ей доставляло осознание того, что он никогда бы не отправился в гости к Герингам! 14 марта она осматривала развалины на Вильгельмсплатц, а одета была, будто собиралась на коктейль.

<p>Создание образа победителя</p>

Йозеф Геббельс всю войну неустанно трудился над созданием образа лидера, который всегда проявляет заботу, министра, который стоит за пострадавших от бомбежек и который помогает художникам и актерам, попавшим в беду. Этим министр снискал себе популярность, создавая особую структуру взятия под покровительство. Конечно, никакие массы не повернутся к человеку такого типа, каким был Геббельс: сложный характер и интеллектуальная холодность. Но если он примется защищать немецкий народ и его артистов и художников, он сможет изменить представление о себе и стать человеком из народа. Возможно, Геббельс никогда не позволял себе об этом задуматься, однако его покровительство времен войны казалось точнейшим образом рассчитанным заранее ходом, обеспечившим ему переход в более выгодное положение, причем неважно, будет ли эта борьба за власть происходить «после победы» или после ухода Адольфа Гитлера. Свой секретный фонд, «Фонд доктора Геббельса», он использовал для оказания помощи тем, кого постигла беда. Геббельс жертвовал средства из фонда оставшимся в живых родственникам военных корреспондентов и фоторепортеров, погибших на фронте. В 1942 году Геббельс; выдал по 100 рейхсмарок родственникам нацистов, сложивших головы в «эру борьбы». Кроме того, он выдавал от 50 до 500 рейхсмарок, в зависимости от размера семьи, тем, кто носил «Почетный значок» и кто был тяжело ранен в «эру борьбы». Каждое местное управление пропаганды было обязано представить на рассмотрение до шестидесяти пяти человек, попадавших под вышеупомянутые категории. Геббельс сочетал манеры покровителя в духе Гэмени-холла с имиджем защитника жертв и оставшихся в живых их родных и близких.

Деньги, поступавшие в «Фонд доктора Геббельса», большей частью являлись результатом операции с «DW» (Германским еженедельным обозрением). Контора под названием «Дойче вохеншау ГМБХ» платила 1 миллион рейхсмарок в казну, деньги, выделенные для фонда Геббельса. Когда газета Юлиуса Штрайхера «Дер Штюрмер» сделала запрос относительно репортажа с фронта, она узнала от министерства, что может опубликовать этот материал без всякой оплаты, но желательно сделать некий взнос в фонд Геббельса на нужды родственников погибших солдат – корреспондентов пропагандистской роты. В другом случае, должностное лицо министерства, Вернер Штефан, проинформировал одного книготорговца и издателя из Миндена, что тот может пожелать сделать взнос в фонд Геббельса в размере 25 рейхсмарок. В письме одного чиновника армейской пропаганды, датированном 1940 годом, утверждалось, что службы выпуска фотоновостей обязаны ежемесячно отчислять в фонд далеко не небольшую сумму. Министр опасался, что частные издатели и газеты попытаются собрать деньги у своих бывших сотрудников, пребывавших ныне в составе пропагандистских рот, и использовать их нечестным путем. Геббельс был готов взять на себя финансовую поддержку семей этих людей и, таким образом, исключить любой намек на фаворитизм и обеспечить себе более или менее постоянный круг лиц, работающих на его фонд. «Дойче вохеншау ГМБХ» платило специальные субсидии репортерам-одиночкам, служившим в пропагандистских ротах, но Геббельс рассматривал это в качестве приемлемого варианта, поскольку лично контролировал эту корпорацию. К июню 1940 года в фонд Геббельса пришло десять процентов рентного дохода или 270 тысяч рейхсмарок за популярный документальный фильм «Крещение огнем».