Промывка мозгов. Машина пропаганды Гитлера и Геббельса

Геббельс всегда появлялся на совещании без опозданий. Работа обычно проходила в зале совещаний министерства. Участники, рассевшись в мягких креслах вокруг стола, по форме напоминавшего латинскую букву «U», видели перед собой с иголочки одетого, лощеного министра, входившего в зал с поднятой в нацистском приветствии рукой. Геббельс при этом мог показывать определенную степень взволнованности и ожидания. Министерское совещание было своего рода спектаклем. Геббельс говорил очень доступно и сладкозвучно, активно используя жестикуляцию, подчеркивая те места, на которые должны были обратить внимание слушатели, соответствующими движениями рук. По воспоминаниям Вилли А.Бельке, даже на этих совещаниях, где присутствовал относительно узкий круг участников, манеры оратора, привыкшего к огромной аудитории спортивных залов и стадионов, давали о себе знать. Рихард Отте, бывший стенографист германского агентства новостей (DNB), записывал каждое слово министра. Протоколы Отте датируются лишь до 31 мая 1941 года, но другие источники, такие, например, как записи одного из представителей министерства иностранных дел, сохранили и отображения более поздних совещаний. Существует много таких записей, которые продолжались от получаса до сорока пяти минут, Геббельс всегда был доминирующей фигурой. Другой фигурой, которая выступала на каждом совещании, был офицер ОКВ, дававший короткий отчет о развитии событий на фронтах. Если кто-нибудь и задавал какой-либо вопрос или робко пытался возразить министру, то это почти всегда были Ханс Фриче, доктор Карл Бемер или доктор Эрнст Враувейлер, все трое являлись высокопоставленными сотрудниками министерства. Но такие вопросы или возражения были явлением не частым, также, как и вносимые предложения. Иногда и офицер ОКВ, не находившийся в непосредственном подчинении и зависимости от Геббельса, вставлял пару слов.

Если Геббельс по каким-либо причинам отсутствовал, он заботился о том, чтобы его директивы отделам и подотделам министерства дошли до совещания. Его статс-секретарь, Леопольд Гуттерер (позже это был Вернер Науман) и Ханс Фриче, если последний отсутствовал, получали стенограммы инструкций от министра и передавали их участникам совещания. Вынужденный очень тщательно планировать свое рабочее время, Геббельс питал особую склонность к этим совещаниям и редко пропускал их. Посредством этих совещаний он добивался полного контроля над немецкими средствами массовой информации, и больше всего это удавалось в отношении кино и радио. Справа от Геббельса всегда восседал статс-секретарь, фактически главное административное лицо министерства, затем, справа от него, офицер ОКВ. Если Геббельсу требовались какие-то сведения или реакция на его идею, министр обычно поворачивался к одному из них. Так, 1 июля 1942 года Геббельс повернулся к Хансу-Лео Мартину и получил от него более или менее детальный комментарий о результатах антиеврейской пропаганды среди палестинских арабов. После совещания министр принимал ответственных сотрудников министерства у себя в кабинете для конфиденциальной беседы. Темы, в основном, касались технической или специальной стороны дела, либо относились к вопросам, связанным с персоналом. Оба эти круга вопросов не предназначались для упоминания на совещании в полном его составе.

На самых высоких постах в министерстве Геббельса находились два типа людей: «старые борцы» и специалисты, мастера своего дела. «Старые борцы» занимали обычно главные посты, но Геббельс требовал профессиональных навыков и отдачи от работы всех своих подчиненных. Карл Ханке был статс-секретарем до 1941 года, хотя в 1939 году он поступил на военную службу, дослужившись до чина оберфюрера СС. Геббельс ненавидел Ханке, потому что будущий гауляйтер Нижней Силезии выступал на стороне Магды Геббельс и настаивал на отставке министра в тяжелый для Геббельса период, связанный со скандалом вокруг Лиды Бааровой. Ханке пользовался поддержкой СС, благодаря антипатии Гиммлера к Геббельсу в тот период. В отсутствие министра он мог заменять его формально, но не фактически. К 1940 году ведущим кандидатом на должность Ханке был Леопольд Гуттерер, тридцати восьми лет. Когда Ханке принял предложение Гитлера принять на себя руководство гау Нижняя Силезия, Геббельс не стал терять времени и назначил Гуттерера на его пост.