Прорыв Лужско-Старорусского рубежа

В январе 1944 г. войска армии имели среднесуточный темп наступления 4–8 км. В последующем темп наступления несколько снизился, как в силу утомления частей, так и редкой дорожной сети, тяжелой заболоченной местности, а также ожесточенного сопротивления противника на промежуточных рубежах и в населенных пунктах.

Одной из причин, повлиявший на темп наступления, явилось недостаточное использование пехотой тактики маневра, обхода и охвата противника с флангов и тыла. Атаки в лоб были малоэффективными и затяжными по времени, приковывавшими войска к достигнутым рубежам. Недостаточно использовалась блокировка отдельных опорных пунктов частью сил, чтобы основными силами продолжать преследование. Также на ход наступления влияли неумелая организация огневого боя и стремление решить исход боя только ударом живой силы. Одной из причин этого было отставание отдельных артиллерийских подразделений.

Отставание артиллерии было вызвано условиями местности и необычно мягкой зимой. Незначительное промерзание болот и теплая погода сковывали маневр частей. Состояние болот, обширные заболоченные леса, в которых грунт не промерз и был топким, вызвали отставание техники и тяжелого вооружения, что оказывало негативное влияние на успех наступления пехотных частей.

Несмотря на все трудности, войска 59‐й армии выполнили поставленную задачу, чему способствовали:

1. Сохранение управления боем во всех общевойсковых звеньях.

2. Тесное взаимодействие пехоты с другими родами войск.

3. Максимальное использование для целей преследования подвижных отрядов.

4. Маневрирование огнем и быстрое сосредоточение огневых средств на самых решающих направлениях.

5. Должное внимание вопросам боевого обеспечения войск.

6. Накопление и использование опыта боев в процессе развития операции (3, л. 145).

Разведка. В наступательных боях 59‐й армии широко и плодотворно использовалась разведка, как общевойсковая, так и специальная. Штаб армии подчеркивал, что после обороны противника и при преследовании разведка должна быть максимально активизирована. В частности, разведка, забрасываемая в тыл противника с целью диверсии, наблюдения и захвата пленных.

Целиком оправдала себя разведка засадами на путях отхода противника. Опыт показал безусловную необходимость использования разведчиками радио. Не было ни одного случая пеленгирования противником раций разведчиков.

Наибольших успехов добивались разведгруппы численностью 6—12 человек. Однако не должно было быть шаблона – численный состав разведгрупп должен был зависть от конкретной задачи.

Дерзость разведчиков, особенно когда противник дезорганизован, вносила еще большее смятение в его ряды, и, как правило, приносила успех (3, л. 145 об. – 146).

Артиллерия. Наибольшую трудность артиллерия испытывала при необходимости быстро, вместе с пехотой, преодолевать незамерзшие болота, непрочный и тонкий лед на реках, бездорожье при обходных маневрах. Требовалось достаточное обеспечение, в целях постоянного сопровождения артиллерией пехоты и танков, инженерно-саперными войсками для прокладки дорог, ремонта мостов, наведения переправ и т. д.

Штаб 59‐й армии подчеркивал, что всяческого внимания заслуживал опыт контрминометной борьбы с минометами противника. В состав групп контрминометной борьбы были выделены специальные минометные части (120‐мм минометы) и один полк дивизионной артиллерии, главным образом, для борьбы с тяжелыми метательными аппаратами.

Боевые порядки занимались таким образом, чтобы надежно поразить огневые позиции минометных батарей противника – 1–2 км от переднего края, 1–1,5 км от постов батарей звуковой разведки.

Органами артиллерийской разведки были точно засечены огневые позиции батарей противника. Их подавление началось через несколько минут после начала артиллерийской подготовки, в расчете на то, что за это время минометчики противника выйдут из укрытий. Ход боев показал, что одновременное огневое воздействие на все батареи противника наиболее эффективно и обеспечивает продвижение наступающей пехоты вперед. При бое в глубине обороны противника контрминометные группы были подчинены группам артиллерийской поддержки пехоты и сопровождали пехоту огнем и маневром.

Штаб 59‐й армии считал целесообразным, по опыту боев, включать в состав контрминометных групп артиллерийские подразделения, обладающие более высокой точностью стрельбы, дальностью и маневренностью своих траекторий. Для подавления тяжелых метательных батарей наиболее эффективной считалась дивизионная артиллерия.

Средства батарей звуковой разведки полностью выполнили задачу по разведке минометных батарей противника. Следовало заблаговременно придавать средства артиллерийской инструментальной разведки для более длительного и систематического наблюдения за деятельностью батарей противника (3, л. 146–146 об.).