Проводница

– Кладёнка, – тут уже в разговор вступил Гаврюша, которого хлебом не корми, дай поумничать, – это приспособление такое, древнее и жутко магическое. С его помощью можно любые клады найти. А клады они, не всегда безобидными бывают. Ваши и Наши не зря же то многое злое, что уничтожить никак нельзя, надёжно схоронили от чужих глаз и глупых рук. А если это зло, вместе с кладом, что его стережёт, в наш и без того сумасшедший мир выпустят? Да это ж, почитай, похлеще, атомной бомбы рванёт! Всем мало не покажется!

Даже солидный и степенный, как ему самому казалось, Гаврюша разошёлся не на шутку. И тоже стал грозить кулачком, но уже не в небо, а в хвост своего вагона, где эти самые разжигатели войны – черти – околачивались.

– Они ж только о выгоде своей думают, о богатствах халявных, а не горе и зле, что клады эти принесут! – Взволнованный, и от этого особенно звонкий, голосок Баси заставил всех вздрогнуть, а ложечки и подстаканники огорчённо дзынькнуть (вагон тоже негодовал вместе с ними). – Вот сейчас все вместе пойдем и взгреем их как следует! Пусть кладёнку нам отдают, черти поганые!

– А вот тут, внученька, не всё так просто, – Михалыч с нежностью, это Таня поняла только сейчас, посмотрел на свою развоевавшуюся внучку, – кладёнку черти явно на Слово спрятали, и не факт, что на своё. Тут, в вагоне нашем, никто никогда её не найдёт. Надо, чтобы черти сами покражу из вагона вынесли. Спугнуть бы их не мешало. Да и Хозяин не спит, он уже за чертями погоню выслал. На следующей станции, которая через два часа будет, мы их из вагона выкурим, а там уж с ними поговорят по душам. Кхе! Сами кладёнку отдадут, не сомневайтесь.

– И даже ты, Михалыч, ещё не всё знаешь, – начальник поезда был серьёзно озадачен, это чувствовалось во всём, но особенно по блеску его обильно вспотевшей лысины, которую он бесконечно утирал огромным белым платком, – я, прямо перед выходом сюда, получил радиограмму от своих друзей милиционеров. Они предупредили меня, что братки из Ямовской группировки, что-то ищут в нашем поезде. Как бандюги прознали про кладёнку, или что там про неё им наплели, никому не ведомо. Только ведают они, что вещь ценная и надо её отжать. Конкретно у кого, им тоже не указали, только намекнули, что у 36 формы где-то в конце состава… И вот, они уже здесь и… гм… рыщут, что-ли, в нашем поезде. Мы с Михалычем сейчас им навстречу пойдём и попытаемся остановить, ну иодиннадцатый вагон зачаруем максимально. А ваша троица и вагон, конечно, должны держать оборону до станции, если нам, почему-то не удастся их… гм…гм… задержать, что ли, как то вот так.

Все были потрясены и подавлены. Им было хорошо известно, что бойцы Ямовской группировки были отмороженные на всю голову. И ходили слухи и среди людей и, конечно же, среди Других, что в последних успехах Ямовских в том, чтобы подмять под себя Москву, им кто-то очень сильно помогает. Они не боялись ничего были, как будто, заговорённые и под вечным кайфом. Такое никак не могло быть без вмешательства кого-то из очень сильных и очень чёрных колдунов.

Глава 21

– Но не очко обычно губит, а к одиннадцати – туз! – Хрипло запел из чьего-то магнитофона звездун шансона.

Ребята, оставшиеся одни, вздрогнули. Дверь в их купе оказалась открыта, и им было хорошо слышно, что происходит в вагоне.

– Вот что будем делать, – Гаврила на правах мужчины взял руководство операцией по защите кладёнки на себя, – ты, Баська, беги в нерабочий тамбур и закрывай, заклинай его, вспоминай всё, что деда нам говорил. Ты, Хозяйка, иди к чертям и пытайся у них вызнать, где они покражу спрятали. На Слово бери их, иначе не скажут. А я пойду, почерчу защиту по вагону. Может, и сам вагон, что нам подскажет дельное. Послушаю его.

– Дорогие мои Вагонные, – голос Тани дрожал от сильного волнения, – у Ямовских, я точно знаю, всегда волыны, тьфу ты, пистолеты на спине, за пояс штанов заткнуты. Вроде, фишка это у них такая. Так вот. Если они в наш вагон прорвутся, ваша главная задача – незаметно вынуть оружие у бандитов и выбросить его из вагона. Только вам это под силу, вас им в этом вагоне не видно. Больше с этим никто не справится. А без огнестрельного оружия они просто быки накачанные, да и пусть они накачаны злой магией, плевать. Мы, Ёлкины, не сдаёмся. Ёлки-иголки!

Брат с сестрой переглянулись и кивнули головами, что согласны сделать то, о чём их Таня просит.

Девчонки побежали в конец вагона. Но, вдруг, Татьяна остановилась.

– Баська, стой! Ну постой, говорю! – Таня ухватила девочку за руку. – Я ведь совсем не знаю, как кладёнка эта выглядит. Вдруг, черти мне фигню какую-то вместо неё подсунут?