Б. Бессознательное и его динамика. – Поскольку речь шла о взглядах Юнга на бессознательное, уместно добавить еще несколько представлений этого известного исследователя. По его мнению, «первоначальную психику» составляют, кроме инстинктов, архаические мыслеформы, иллюзии, фантазии, символы и другие психические явления. Эти реликтовые содержания психики нередко получают в свое распоряжение огромное количество психической энергии и врываются в область сознания и поведения. Причем «чем сильнее они вытесняются, тем более сосредоточиваются в личностной сфере и в неврозе. Эта первобытная психика, согласно Юнгу, присутствует и действует также у ребенка[46]. У детей содержание первоначальной психики в целом подвергается амнезии, лишь изредка появляясь в сфере сознания взрослых людей. Эти бессознательные содержания могут участвовать в т. н.
Как бессознательное, так и подсознательное (как будет видно из последующего изложения) – это динамические сферы психики. Но каким образом осуществляется эта динамика, что она собой представляет – это уже вопрос, который требует специальных исследований. Это трудный вопрос, поскольку, как любил полушутя говорить Юнг, «бессознательное – это действительно бессознательное», и о нем трудно получить сведения.
Но поскольку главным содержанием наследственного бессознательного, по мнению Юнга, являются архетипы коллективного бессознательного, то можно считать вполне приемлемым следующее утверждение Юнга (оно было высказано во время беседы с американским психологом Ричардом Эвансом): когда человек находится в сознательном состоянии и живет сознательной жизнью, в его бессознательной психике все время играются мифы (a mith is played), которые простираются на прошедшие века и эпохи. Это поток архаических образов, который идет через индивида и через века. Этот непрерывный поток проникает «под дневной свет» только в периоды политических и духовных движений. Зная об этих архетипических потоках, мы сможем предвидеть наступающие исторические события. Юнг утверждал, что зная своих немецких пациентов, он в свое время предвидел приход к власти нацистов и Вторую мировую войну. У них возникали такие сновидения, в которых предвиделись эти события, причем с достаточной подробностью[47].
§ 6. Новые эмпирические доказательства концепции наследственного бессознательного
Хотя предложенную нами еще в 1980 году концепцию наследственного бессознательного мы в достаточной мере обосновали доступными тогда эмпирическими данными[48], за последующие годы целым рядом исследователей получены новые результаты, подлинное значение которых, как нам представляется, может стать понятным только в рамках концепции наследственного бессознательного и, еще шире, теории уровней психической активности человека. Мы считаем, что все вновь полученные данные о психической жизни младенцев доказывают наши тезисы о том, что инстинкты имеют описанную выше структуру и создают ориентацию психической активности, в первую очередь познавательной.
Напомним основные тезисы нашей концепции об инстинктах: каждый инстинкт состоит из влечения, образов, элементарных мыслительных структур и схемы определенных действий, предназначенных для реализации в определенных ситуациях; эти действия воспроизводятся под воздействием определенных внешних стимулов. Уместно напомнить, что многие современные психологи склонны свести инстинкт к определенной цепи поведенческих актов, движений, что мы считаем таким сильным упрощением, которое искажает реальность инстинкта; каждый инстинкт человека сообщает направленность его восприятиям и другим психическим процессам (иначе говоря, процессам переработки информации), сообщая им избирательный характер. Познавательные процессы и их механизмы – физиологические и психологические – не являются блоками инстинктов, а служат им для удовлетворения инстинктивных потребностей человека.
В наследственном бессознательном, но вне структуры инстинктов, также имеются образы и категории, которые направляют онтогенетическое развитие и познание мира. Идеи И. Канта, К. Г. Юнга и других мыслителей в наши дни получают подтверждение в эмпирической психологии. Так называемый
В свете этих идей рассмотрим некоторые из новых эмпирических данных, полученных в области психологии развития и эволюционной психологии, а также в ходе наблюдений автора этих строк над процессом развития нескольких младенцев и детей вплоть до подросткового возраста[49].