Психика, сознание, самосознание

Как известно, до сих пор, несмотря на порой неимоверные претензии, физиология почти ничего не может сказать о механизмах таких высших психических явлений, как воля, цель и целеполагание, желание и намерение и т. п. Современная физиология бессильна в объяснении тех сложнейших психических явлений, которые наиболее интересны для понимания личности и ее жизни в социальном мире.

Именно этот факт был в свое время констатирован Б. Ф. Поршневым. Говоря о трудностях физиологического (в частности – «павловского») объяснения сложных психических явлений, он пришел к следующему выводу: «И вот некоторая группа наблюдаемых явлений заставляет их (физиологов – А. Н.) заговорить изгнанным, чисто психологическим языком, поскольку физиологический набор понятий тут бессилен»[9].

Вот это бессилие и до сих пор до конца не осознается многими физиологами и «психологами». Поршнев справедливо замечает, что хотя И. П. Павлов в своих лабораториях строго запретил сотрудникам говорить на языке субъективных переживаний (т. е. психологическими понятиями), он сам очень часто и непроизвольно делал это. И это неслучайно. Приведя такого рода пример, Поршнев явно рационализирует в пользу физиолога, когда говорит: «Этот пример говорит о том, что мысль И. П. Павлова как физиолога еще не охватила таких явлений высшей нервной деятельности животных, еще не заметила их как специфического объекта физиологии и не имела даже рабочей гипотезы для их объяснения»[10]. Если даже высшие формы поведения животных были недоступны объяснению на основе рефлекторной теории, то нечего и говорить об эвристичности этого «учения» в области психологии человека.

Рефлекторная теория совершенно неприменима для объяснения сознательной деятельности. Те попытки искусственного применения рефлекторной теории в области высших психических явлений, которые предпринимались последователями Павлова, потерпели фиаско, провалились. Наиболее смелые из советских ученых к такому заключению приходили давно. По-видимому прав был Ч. Шеррингтон, когда утверждал, что в процессе сознательной активности рефлекторные акты никогда не наблюдаются[11]. Эту идею Шеррингтона остро критиковал Поршнев, тем самым допуская явное противоречие в своих взглядах: он говорил, что даже условные рефлексы высокого порядка никак не помогают пониманию речи и сознания. В другом месте Поршнев приводит слова «бывшего сотрудника» Павлова, физиолога Г. В. Скитина, который писал, что «не все действия животного можно объяснить рефлекторной схемой: побуждения приходят не только из внешней среды, но и из внутримозговых провоцирующих воздействий центров и анализаторов друг на друга»[12]. Подобные идеи в свое время грубо подавлялись, что нанесло значительный вред развитию как физиологии, так и психологии.

Возникает вопрос: если верно все сказанное, то почему рефлекторная теория упорно сохранялась в СССР? Еще в 70-е годы автор настоящих строк сделал об этом короткую запись для себя. Она не потеряла своего значения и приводится здесь с некоторыми уточнениями: «1) Согласие рефлекторной теории с марксистскими идеями о возможности манипулировать людьми: а) «личность есть совокупность отношений», б) «изменив социальные условия, можно создать нового человека» и т. п. 2) Удобство в качестве «научной» основы программирования поведения начиная с детских лет; (любопытно, что неудачи в этом деле не сделали адептов павловской физиологии более мудрыми). 3) Легкость усвоения рефлекторной теории даже для людей без соответствующей научной подготовки; в числе последних – политиканы. 4) Легкость применения с целью модификации поведения. 5) Антигуманность: если как животные, так и люди живут рефлексами и мы уничтожаем и даже поедаем животных, то почему бы не поступить таким же образом и с людьми? Рефлекторная теория не оставляет места для сопереживания, эмпатии, морали и совести. Это очень удобная теория для психопатов – садистов, почти лишенных названных высших психических качеств. 6) Играет также роль ложная «национальная гордость». 7) Рефлекторная теория создает иллюзорное представление, будто, зная усвоенные человеком рефлексы и стереотипы, можно полностью предвидеть его поведение. Но какие процессы происходят в самой психике человека – это ее адептов никак не интересует (как и ортодоксальных бихевиористов). Мы полагаем, что причины широкого распространения бихевиоризма в США должны в основном быть сходными с теми, которыми была обусловлена долгая жизнь этой примитивной теории в СССР. В настоящее время положение быстро меняется к лучшему.

Глава 2. Бессознательная психика

§ 1. Бессознательная сфера