Психология денег. Непреходящие уроки богатства, жадности и счастья

Экономисты пишут: "Полученные нами результаты свидетельствуют о том, что готовность индивидуальных инвесторов нести риск зависит от личной истории".

Не интеллект, не образование, не развитость. Просто повезло, когда и где ты родился.

В 2019 году газета Financial Times взяла интервью у Билла Гросса, известного управляющего облигациями. "Гросс признается, что, родись он на десятилетие раньше или позже, он, скорее всего, не был бы там, где находится сейчас", - говорится в статье. Карьера Гросса практически идеально совпала с обвалом процентных ставок, который придал ценам на облигации "попутный ветер". Подобные вещи влияют не только на возможности, с которыми вы сталкиваетесь, но и на то, что вы думаете об этих возможностях, когда они вам открываются. Для Гросса облигации были машиной, генерирующей богатство. Для поколения его отца, выросшего в условиях более высокой инфляции, они могли бы показаться машинами для сжигания богатства.

Различия в том, как люди переживают деньги, немалые, даже среди тех, кто, как вам кажется, очень похож.

Возьмем акции. Если вы родились в 1970 году, то в период вашего подросткового и 20-летнего возраста индекс S&P 500 вырос почти в 10 раз с учетом инфляции. Это потрясающая доходность. Если же вы родились в 1950 г., то в ваши подростковые и двадцатилетние годы с учетом инфляции рынок буквально никуда не двигался. Две группы людей, разделенные по случайности годом рождения, идут по жизни с совершенно разными представлениями о том, как работает фондовый рынок:

 

 

Или инфляция. Если вы родились в Америке 1960-х годов, то инфляция в ваши подростковые и двадцатилетние годы - годы юности и впечатлительности, когда вы формируете базу знаний о том, как работает экономика, - привела к росту цен более чем в три раза. Это очень много. Вы помните очереди за бензином и получение зарплаты, которая тянулась заметно меньше, чем предыдущие. Но если вы родились в 1990 году, то инфляция была настолько низкой всю вашу жизнь, что, скорее всего, она никогда не приходила вам в голову.

 

 

Уровень безработицы в Америке в ноябре 2009 года составлял около 10%. Однако уровень безработицы среди афроамериканских юношей в возрасте от 16 до 19 лет, не имеющих диплома о среднем образовании, составлял 49%. Для кавказских женщин старше 45 лет, имеющих высшее образование, он составлял 4%.

Во время Второй мировой войны были уничтожены местные фондовые рынки Германии и Японии. Целые регионы подверглись бомбардировкам. В конце войны немецкие фермы производили только столько продовольствия, чтобы обеспечить граждан страны 1000 калорий в день. Сравните с США, где фондовый рынок с 1941 по конец 1945 года вырос более чем в два раза, а экономика была самой сильной за последние почти два десятилетия.

Не стоит ожидать, что представители этих групп будут всю оставшуюся жизнь думать об инфляции одинаково. Или о фондовом рынке. Или безработице. Или о деньгах в целом.

Никто не должен ожидать, что они будут одинаково реагировать на финансовую информацию. Никто не должен считать, что на них влияют одни и те же стимулы.

Никто не должен ожидать, что они будут доверять одним и тем же источникам рекомендаций.

Никто не должен ожидать, что они согласятся с тем, что важно, что стоит, что может произойти дальше и каков наилучший путь вперед.

Их представление о деньгах формировалось в разных мирах. И когда это так, то мнение о деньгах, которое одной группе людей кажется возмутительным, для другой может быть вполне логичным.

Несколько лет назад в газете The New York Times был опубликован материал об условиях труда в компании Foxconn, крупнейшем тайваньском производителе электроники. Условия труда зачастую были просто ужасными. Читатели были справедливо расстроены. Но интересную реакцию на статью вызвал племянник китайского рабочего, который написал в разделе комментариев:

 

Моя тетя несколько лет работала в так называемых американских "потогонных цехах". Это был тяжелый труд. Долгие часы, "маленькая" зарплата, "плохие" условия труда. Знаете, чем занималась моя тетя до того, как стала работать на одной из этих фабрик? Она была проституткой.

Идея работы в "потогонном цехе" по сравнению с тем старым образом жизни, на мой взгляд, является улучшением. Я знаю, что моя тетя предпочла бы быть "эксплуатируемой" злым капиталистическим боссом за пару долларов, чем чтобы ее тело эксплуатировали несколько мужчин за копейки.

Поэтому меня расстраивает мышление многих американцев. У нас нет таких возможностей, как на Западе. У нас другая государственная инфраструктура. Страна другая. Да, завод - это тяжелый труд. Может ли он быть лучше? Да, но только если сравнивать с американскими рабочими местами.

 

Я не знаю, как к этому относиться. Часть меня хочет спорить, яростно. Часть меня хочет понять. Но в основном это пример того, как разный опыт может привести к совершенно разным взглядам на темы, которые, по интуитивному мнению одной стороны, должны быть черно-белыми.