Психология русской сказки. Что скрывают Иван-царевич, Баба-яга, Василиса Премудрая и другие знакомые с детства герои

Для меня сюжет этой сказки гораздо более глубокий и ценный. В ней не упоминаются родители, поэтому речь идет об индивидуальном сознании. Но есть старшие братья. Этот тандем двух старших братьев и дурака младшего встречается во многих сказках. Здесь старшие братья выступают в роли покровителей: они заботятся о младшем брате, следят за его развитием, помогают ему, обеспечивают его жизнь. Они не выступают в привычной в роли завистников, когда речь идет о конфликте, разладе внутри рода.

В других сказках младший брат или сестра похожи на внутреннего ребенка. Но не Емеля. Перед нами что-то еще. Кто-то еще. Внутренний ребенок активен, он скорее похож на Ивана-царевича либо Ивана-дурака, которые творят, действуют, совершают глупости, плачут. Емеля проявляется иначе: он лежит на печи и не решает проблемы. Никакой беды не случилось в начале сказки. Ну, кроме подступающего мороза и жажды.

А что, если Емеля это внутренний наблюдатель? Та самая суть, которая смотрит из человека на мир. Она не действует, а находится в покое, смотрит на события. И мы уже действуем, исходя из той картинки, которую видит этот наблюдатель.

Если у человека получается порой быть наблюдателем, то его жизнь становится на порядок осмысленнее, понятнее, интереснее и легче.

Тот, кто «понял смысл жизни и никуда не торопится», и есть Емеля. Лежит на печи как на базовом принципе организации жизни. Мороз, холод — это смерть, тепло — жизнь. Наблюдатель связан с жизнью, ему не очень-то хочется выходить в смерть, поскольку он живой.

Человек «с печкой» — теплый, творческий, животворящий, в нем есть жизнь, горит огонь, с ним можно испечь пирогов, у него можно спрятаться.

Если рассматривать Емелю как внутреннего наблюдателя и вообще принцип осознания как такового, способность видеть, быть, существовать — то естественно, что он лежит на печи.

В образе Емели передается состояние, в котором не работает отрицательная мотивация, тот самый кнут. Ведь часто человек начинает действовать под давлением. Но не Емеля. Он начинает движение, только когда ему интересно. Емеля — это та часть нас, которая двигается, только если у нее есть желание, если это ей в радость. Помимо сознания, умения быть богатым, реализовываться в социальном плане, есть внутренний наблюдатель, мотивация которого — красный кафтан как способ выражения потенциала.

Красный кафтан, красные сапоги, красная рубашка, в некоторых сказках еще красная шапка — все эти красивые артефакты означают, что у внутреннего наблюдателя, «игрока в жизнь» есть потребность быть увиденным и проявить свою творческую активность.

А как быть замеченным и увиденным другими такими же творцами? Надеть красные сапоги — идти по дороге в радость самореализации, надеть красную шапку — получить статус в глазах других творческих людей. Красный кафтан — это тот образ, та одежда, та роль, в которой хочет быть выражен внутренний творец и наблюдатель, лежащий на печи.

Он лежит не потому, что ленится, а потому, что связан с печью, с энергией жизни, любви как таковой. И у него совсем другая задача.

И когда жены братьев сказали, что те привезут с ярмарки красный кафтан, а царский воевода обещал что-то похожее от царя, Емеля начал действовать.

Он все-таки отправляется за водой и встречает щуку, которая сама к нему приплывает. Если в других сказках звери, рыбы и птицы, которых не стал есть главный герой, помогли ему только однажды, то здесь все иначе. Сама приплыла и все желания исполнила.

Емеля — символ, который освоил принцип организации своей жизни. Все стихии на месте, он живет на этом «принципе печи». Организует свое внутреннее пространство таким образом, что ему не надо напрягаться и идти в духовную практику. Она становится частью жизни: ежедневное очищение сознания, автоматическое самонаблюдение. Растопить печь — значит научиться доверять миру, видеть добро в том, что окружает, радоваться этому и дарить добро в ответ.

То есть схема такая: организовывай себя так, чтобы всегда быть на печке. Уметь находить рыбу — способность реализовать из массы бессознательных вариантов, существующих в мире, тот, который нужен. Ему достаточно было пожелать: «Хочу, чтобы царевна в меня влюбилась» — и стать царем после этого.

Щука здесь появилась не просто так. Представь, что внутренний наблюдатель, понимая, что такое жизнь, понимая разницу между смертью и жизнью, между холодом и теплом, зачерпывает ведро воды как еще одной стихии и находит в этой воде символ бесконечного благополучия и плодородия.

Рыба у многих народов, во многих сказках — символ жизни. Вспомним сюжеты, в которых бесплодная царица съедает кусочек рыбы — волшебного карпа или щуки — и беременеет. И не только она, но и служанка, корова. Поэтому рыба — символ исполнения желаний. Бесконечная творческая сила мира для создания того, чего ты хочешь.