Путь воина. Тренер-победитель о секретах успеха

Тренер, откуда бы он ни пришел, является еще и носителем традиций, его задача – способствовать их укреплению. Карвалью, допустим, многого не знает о прошлом ЦСКА, ему позволительно что-то в этом прошлом не любить, но уважать его он обязан. Я никогда не позволю игроку прийти в чужой монастырь со своим уставом. И если легионер, приезжая, каким-то образом выказывает пренебрежение к клубу, у нас с ним не будет ничего общего. Сегодня, когда в коллективе уже все налажено, мне необязательно прикладывать сверхусилия в воспитании, многое новичкам объясняют старожилы. Да и нынешняя репутация обладателя Кубка УЕФА говорит сама за себя.

* * *

Прежде чем официально возглавить армейцев, в июне 2001-го я успел занять пост главного тренера молодежной сборной России – настолько стремительно развивались события! В тот период к молодежке отношение у руководства РФС и болельщиков было откровенно равнодушным. Я же, помня о своем завоеванном титуле чемпиона Европы в составе юношеской сборной СССР, хотел привлечь внимание страны к национальным дружинам второго плана. Вывести их из тени и дать импульс развитию подрастающего поколения. Не боюсь показаться пафосным, считаю, что любой человек, если он, конечно, способен взлететь высоко, должен помимо личных интересов всегда преследовать общественные и приносить пользу своей родине.

Впрочем, не буду скрывать, приход в молодежку оказал позитивное влияние и на мою собственную карьеру. Во-первых, проделанная там работа не осталась незамеченной и в какой-то степени повлияла на то, что в 2002 году именно мне предложили возглавить первую сборную. Кстати, все те, кто образовал костяк национальной команды в 2004–2005 годах, были «разгаданы» мной и включены в состав еще в 2001-м. Исключение по причине возраста составили лишь Смертин, Билялетдинов и Акинфеев.

Другой немаловажный плюс моей тогдашней деятельности – это изучение перспектив несформировавшихся талантов. Еще года за два до этого я стал куда большее значение придавать «завтрашнему дню», мне нравилось работать с молодой порослью, и вот теперь, в самый кульминационный для футболиста период, я получил возможность ему, словно алмазу, придать нужную огранку. Испытать себя в качестве провидца было безумно интересно!

* * *

Утвердив в тот момент стратегию развития ЦСКА, мы с Евгением Гинером добились ощутимого результата – мы обогнали время. Мы решили собрать наиболее одаренных игроков страны под красно-синими знаменами. Так в стане армейцев появились Попов, Мандрыкин, Гогниев, Габулов, Пиюк, которые помогли нам на этапе становления. Братья Березуцкие и примкнувшие чуть позже Игнашевич с Алдониным внесли огромный вклад в успехи клуба в последующие годы.

Параллельно с привлечением молодежи я занимался полноценным комплектованием ЦСКА. Достаточно быстро я определился, что из армейцев, находящихся в заявке на первый круг 2001-го, мне будет нужен только Сережа Семак. Фамилии тех, кто пополнял команду уже по ходу сезона, согласовывались со мной.

Самое любопытное, что вся наша совместная с Евгением Гинером деятельность не была подкреплена какими-либо бумагами. Есть люди, к коим причисляю и себя, чье слово гораздо ценнее и значимей, нежели документы с десятью печатями. Поэтому детали моего контракта с клубом мы запланировали обсудить лишь осенью. Юридически оформили все и вовсе в конце года.

Отрадно и то, что мы даже не поднимали тему отношений президента и тренера. Я видел, что Евгений Леннорович понимал: я из тех, кому следует предоставить полный карт-бланш. Мы оба чувствовали границу того, где начинается сфера ответственности каждого из нас. В общем, я нисколько не сомневался, что наш тандем получится слаженным, а главное – эффективным.

Когда чемпионат закончился, команда у нас уже была сформирована. В течение трех дней после завершающего тура я переговорил со всеми тренерами и работниками обслуживающего персонала. Из пятнадцати человек оставил лишь одного Александра Кузнецова. Обстоятельные беседы провел со всеми игроками. Двенадцати из них объявил о том, что они выставляются на трансфер. Двенадцати! Тут же такое давление на меня обрушилось! Болельщики, ветераны, журналисты, словно коршуны, накинулись, защищая своих любимцев. Но я с присущими себе твердостью и убежденностью заверил всех: все будет нормально.

Задачи у нас были высочайшие. Мы с Евгением Ленноровичем их не проговаривали, но нам обоим было ясно, что ЦСКА должен выигрывать все и везде. Естественно, было необходимо время. Все-таки коллектив подбирался новый, нужно было притереть игроков друг к другу. Поэтому никто от меня кровь из носу золотых медалей в 2002 году не требовал. Однако все равно стремление привести команду к чемпионству было необычайно велико.

* * *