Ракета стартует в зенит!

Кадровый офицер-зенитчик, он стремился, чтобы молодые студенты, ставшие на время прохождения полевой практики курсантами, что называется, «понюхали пороха». А кроме того, как выражался подполковник, «оторвались от мамкиной сиськи» и пожили самостоятельно. Это значит, что вечером можно и в соседнюю деревню к девчонкам сгонять, но вот о себе заботиться тоже надо самим. И яму под полевой сортир выкопать, и палатки – не туристические, а еще старые советские, брезентовые, научиться ставить. И дров для буржуйки напилить и наколоть, и еще много чего. И все вышеперечисленное – помимо сдачи нормативов по физо, огневой и тактико-специальной подготовке. Но все же основная часть времени была отведена для занятий курсантов на реальных зенитных комплексах.

Курсант только улыбнулся, сизый пороховой дым с характерным кисловатым запахом щекотал горло.

А дальше были виртуальные пуски ракет и стрельбы из новейшего зенитного ракетно-пушечного комплекса, или ЗРПК «Панцирь-С1». Сам комплекс, на всякий случай с пустыми транспортно-пусковыми контейнерами ракет и разряженными пушками, играл роль натурного тренажера. В системе управления ЗРПК предусматривался и такой, учебно-тренировочный, режим. До этого курсанты тренировались на специальном стенде непосредственно на военной кафедре. А тут – настоящий боевой комплекс!

Максу на полигоне нравилось, тут все было… настоящим, что ли. Боевая техника, полевой быт, когда все заботы ложились именно на плечи курсантов. Даже армейская дисциплина и субординация не пугали, а скорее подчеркивали важность и значимость доверенного очень важного и очень мужского дела. «Есть такая профессия – Родину защищать!» По сравнению с этим дела «на гражданке» казались мелкими, если не сказать – мелочными.

* * *

Максим Полевой в школе учился хорошо, но в классе над ним посмеивались и даже, бывало, поколачивали более бойкие сотоварищи. Изгоем в довольно жесткой подростковой иерархии он не стал, но и в лидеры не выбился. А всему виной его увлечение радиоэлектроникой. После уроков Макс читал толстые мудреные книжки по физике, радиоделу и химии с формулами, в которых уже с восьмого класса неплохо ориентировался. В своей комнате что-то паял, там постоянно резко пахло канифолью и кислотами. Родители недоумевали: ведь это раньше, еще во времена Советского Союза, увлечение радиоделом считалось интересным и престижным хобби. Ну как тут не вспомнить Шурика из комедии Леонида Гайдая «Иван Васильевич меняет профессию»!.. Тем более когда самые мощные компьютеры и так можно свободно купить в магазине. Дорого, конечно, но ведь и не дефицит. Родители как раз и подарили ему такой на очередной день рождения. Радости у Макса было – хоть отбавляй! Папа-инженер и мама – заведующая библиотекой с пониманием относились к его увлечениям – в этом Максиму повезло.

Худощавый, среднего роста парень с темно-русыми волосами и серыми глазами отнюдь не стремился стать душой компании. Одноклассники в основном его сторонились, считая слишком уж «правильным», а девочки откровенно посмеивались. Вот это последнее обстоятельство умного и начитанного парня основательно коробило…

Вспоминали о «нашем Максике» только на уроках физики и математики. Сложные графики и функции, мудреные системы уравнений и невероятные повадки фотонов и электромагнитных волн давались ему с легкостью, за что Макс получил к девятому классу уважительное прозвище Магистр.

Свое прозвище Макс подтвердил, поступив после школы на физический факультет Воронежского государственного университета по специальности «радиофизика и радиоэлектроника». Студенческая жизнь для Максима Полевого стала гораздо более насыщенной и несомненно – интересной. Здесь он чувствовал себя уже более взрослым, самостоятельным и, что самое главное, востребованным. Учеба давалась довольно легко, оставляя время и для научной работы, и для беззаботной студенческой жизни. Gaudeamus! Веселимся! Вот извечный девиз всех студентов. Макс тоже веселился, но в меру.

Все это позволило ему уверенно получить степень бакалавра и поступить в магистратуру, а там, через пару лет, кто знает – и в аспирантуру пойти стоит. Молодые и перспективные физики-радиоэлектронщики везде востребованы.

* * *

Практика на военной кафедре для Максима началась после третьего курса. Раньше полигон был только после четвертого, но сейчас программа подготовки студентов изменилась, и практические занятия были предусмотрены как после третьего, так и после четвертого курса. Честно говоря, студент отнесся к перспективе поездки на полтора летних месяца в какую-то глушь совсем без энтузиазма. Тем не менее ехать было надо…

Мама, завбиблиотекой, пребывала от подобной перспективы в тихом ужасе.

– Сынок, но как же так?! Там ведь нет никаких бытовых условий! – запричитала Инна Эдуардовна.

Как всякая любящая мать, она хотела окружить опекой и заботой своего единственного сына. Вот только ее ненаглядный мальчик уже вырос…

Однако, отец-инженер, отслуживший уже в российской армии в самом начале 90‑х годов прошлого века, оставался спокоен.