Ракета стартует в зенит!

Командиром их второй батареи назначен капитан Виктор Кравченко, кстати сказать, обладатель вполне себе украинской фамилии. Невысокий и коренастый, он говорил неторопливо и негромко, взвешивая каждое слово. Как узнали офицеры, чтобы попасть в Отдельный дивизион, капитан отказался от повышения и написал рапорт, чтобы пойти добровольцем. А служил он ни много ни мало инструктором по боевой подготовке на одном из полигонов. То есть сам принимал зачеты по практическому применению по мишеням у расчетов, готовящихся непосредственно к боевому дежурству. Знал «Тунгуски» и новейшие «Панцири» как свои пять пальцев! Да и повоевать на «Тунгуске» ему тоже довелось… Свой меткий позывной «Наставник» он получил вполне заслуженно.

Имелось в штате Отдельного дивизиона даже свое медицинское отделение на уазике-«таблетке». Никто не знал, чем обернется нарастающая агрессия Киева против Донбасса и всего Юго-Востока, который не захотел жить под диктовку последователей палача Степана Бандеры. И чем обернется пока неявная помощь России… Поэтому старались подстраховаться где только можно. Но оно и понятно…

Подполковник Филимонов гонял своих ребят так, что с них уже сто потов сошло. Ежедневное изучение матчасти, изнуряющая работа на тренажерных комплексах боевых машин, обязательная тактико-специальная и стрелковая подготовка. Занятия вели непосредственно старшие офицеры подразделения и сам командир Отдельного дивизиона.

– Товарищ подполковник, а какой самый опасный противник для комплекса ПВО?

– Бестолковый офицер, который умудрился коротким замыканием сжечь всю электронику! – отшутился Федор Дмитриевич. – А если серьезно, то вражеский штурмовик. Реактивный Су-25 тем и опасен, что имеет высокую скорость и отличную маневренность. Они носятся на малых высотах, значит, на атаку по нему у вас будет только одна попытка. Если вы промахнетесь по нему ракетой или пушечной очередью, то в ответ он выпустит по вам сплошной поток неуправляемых реактивных снарядов, а потом добавит из бортовой скорострельной пушки. То же касается и вертолета Ми-24. Его не зря прозвали «Крокодил».

Подполковник Филимонов, да и остальные старшие офицеры также учили молодых лейтенантов действовать не только огнем, но и маневром, использовать тактическую хитрость в бою.

– Большое значение в противовоздушном бою играет и подготовленная огневая позиция комплекса, маскировка. Это позволяет оставаться незаметным для противника и в полной мере использовать фактор внезапности, – объяснял премудрости военного дела начальник штаба дивизиона майор Дегтярь.

Анатолий Иванович совсем недавно вернулся из Сирии, где служил военным советником. Там он на практике применял все известные ему тактические приемы.

– Так что основным оружием зенитчика, как и любого другого солдата и офицера на войне, является лопата! Не поленитесь полюбить этот шанцевый инструмент. Целее будете! Как говорится, «пот экономит кровь».

Не менее важными, чем боевая учеба, были и вопросы снабжения. Федор Дмитриевич задействовал свои связи, и дивизион получал все необходимое. Да и все понимали, что отправляются зенитчики отнюдь не на прогулку.

В этом случае не последнюю роль сыграла и батарея тылового обеспечения. Во главе подразделения стоял несколько хитроватый, себе на уме, капитан Сергей Прохоров. Такой офицер встречается в каждом боевом подразделении, и на такой должности он – как рыба в воде. «Прохор» мог достать все, договориться со всеми, и у него везде были знакомые. Причем непростые, а такие, которые и ему были должны.

Уже то, что он умудрился раздобыть для вооружения личного состава дивизиона партию дефицитных автоматов АКМ калибра 7,62 миллиметра со складными прикладами, уже о чем-то говорило. Обычно солдаты и офицеры-зенитчики вооружались простыми «веслами», то есть автоматами АК-74 с нескладными прикладами. А вот «семерки» более крупного калибра, да еще и относительно компактные, выдавались исключительно разведчикам. Как капитану Прохорову удалось провернуть такую операцию, с кем он по этому поводу пил, чего и сколько, как говорится, «занес в оркестр», знал лишь командир дивизиона.

В остальном – то же самое. В армии, причем в любой, как всегда, «ничего нельзя, но все можно». Макс узнал эту премудрость еще на полигоне. Тогда тоже шел некоторый «армейский бартер» необходимых для службы мелочей. А сейчас буквально из ниоткуда появлялись дефицитные запчасти, вооружение, снаряжение, продуктовые пайки, боеприпасы. Словом, вся та тысяча мелочей, которая позволяет существенно улучшить суровый армейский быт и повысить боеспособность подразделения.

Глава 3 Переход между мирами