Читаем Ранние кинотексты, 2000–2006 полностью

Хеллбой, в отличие от более именитых героев комиксов, родился сравнительно недавно, в начале 1990-х, и не приобрел всемирной известности, а оставался любимым персонажем небольшой группы фанатов. Детище студии Dark Horse и художника Марка Миньолы, серия комиксов о Хеллбое была обречена на локальный успех: она не отвечает ожиданиям широкого круга читателей и традициям американских комиксов вообще — хотя бы потому, что нарисована на черном, а не на общепринятом белом фоне. Комиксам о «Хеллбое» свойственна мрачная готическая атмосфера, действие в них часто происходит в темное время суток, в далеких от внешнего мира местах вроде кладбищ, заброшенных зданий или тоннелей метрополитена. Центрального персонажа вряд ли можно назвать классическим супергероем. Он появился на свет после неудачного эксперимента, произведенного нацистами в 1944 году, но, спасенный американскими солдатами, воспитывался на стороне светлых сил и вырос в могучего агента спецслужб, оберегающего людей от нечисти. Хеллбой — несомненно, положительная фигура, но адское происхождение дает о себе знать: его мощь может быть использована противником в далеко не самых благородных целях. Как и многие его коллеги по комиксам, он остается угрозой для общества, обладает нестандартной внешностью и огромной силой — ему не страшны огонь и взрывы, а своим правым кулаком он легко может поднимать недоступные для человека тяжести. И в то же время Хеллбой — наверное, один из немногих супергероев, кто не относится к себе серьезно. Он переживает из-за своей внешней оболочки, которая мешает ему добиваться успеха в отношениях с возлюбленной, но свою работу воспринимает как веселье, удовольствие. И все же хладнокровному, обладающему циничным чувством юмора Хеллбою не чужда эмоциональность: он обожает котят, называет вырастившего его профессора Брума отцом и трогательно переживает из-за своих неудач на любовном фронте.


«ЛИБО ПЕРЛМАН, ЛИБО НИКТО»

Согласие доверить главную роль в крупном фантастическом боевике актёру с не самым известным именем стало, наверное, наиболее мудрым решением голливудских магнатов за последнее время. Хеллбой, у которого были задатки для того, чтобы выглядеть на экране неповоротливым чурбаном (недаром продюсеры поначалу настаивали на Вине Дизеле), в лице Рона Перлмана обрел нужную самоироничную интонацию, без которой красный персонаж с хвостом и двумя кругами на голове немыслим. Кандидатуру Перлмана уверенно отстаивали режиссёр и автор комикса: обговаривая детали будущего проекта, Дель Торо и Миньола решили одновременно произнести имя задуманного каждым актёра — и оба назвали Перлмана. Харизматичный, обладающий ростом в 6 футов 2 дюйма и не затертым постоянным мельканием в голливудских фильмах лицом, Перлман будто создан для колоритных ролей второго плана — неандертальца в «Борьбе за огонь», горбуна в «Имени розы». Он незабываем у крупнейших мировых режиссёров Жан-Жака Анно и Жан-Пьера Жене и одновременно принимает участие в дешевых ужастиках вроде «Крыс» Тибора Такача. В его карьере видное место занимают русские: Константин Каналья в седьмой части «Полицейской академии» и солдат во «Враге у ворот», без Перлмана не обошлась в 2001 году экранизация «Преступления и наказания». Актёр давно знаком с Гийермо Дель Торо: в «Кроносе» он исполнял небольшую роль злорадствующего племянника, желающего смерти богатому дядюшке, а в «Блэйде II» был негодяеем второго плана. «Я, скорее, соглашусь на 60-миллионный фильм с Роном Перлманом, чем на 100-миллионный с Томом Крузом», — сказал однажды Дель Торо и не ошибся. Перлман, с ног до головы загримированный под красного великана и отпускающий остроту за остротой, — это главное, ради чего стоит посмотреть «Хеллбоя».


ВСТАВКА

Профессора Брума, который руководит Бюро Паранормальных Исследований, играет Джон Хёрт, а романтический интерес Хеллбоя, девушку по имени Лиз, способную к самовоспламенению, — Селма Блэр. Человека-амфибию Абрахама Сэпиена играет Даг Джонс — каскадер, работавший с Дель Торо на «Мутантах». Одним из главных злодеев является воскресший из мертвых Григорий Распутин — эту роль режиссёр хотел отдать или Жану Рено, или Гэри Олдману, но досталась она менее известному актёру, чеху Карелу Родену («15 минут», «Блэйд II»).


ВСТАВКА

На ранней стадии производства велась разработка физического облика Хеллбоя. Рассматривался вариант, при котором знаменитая Рука Возмездия будет левой, а не правой, как в комиксе — чтобы освободить исполнителю главной роли более привычную руку. Но когда выяснилось, что Хеллбоя будет играть левша Перлман, проблема автоматически отпала, и создатели фильма смогли сохранить верность первоисточнику, не причиняя при этом никаких неудобств актёру.


ВСТАВКА

Перейти на страницу:

Все книги серии Eksmo Digital. Искусство, хобби, развлечения

Похожие книги

100 лет современного искусства Петербурга. 1910 – 2010-е
100 лет современного искусства Петербурга. 1910 – 2010-е

Есть ли смысл в понятии «современное искусство Петербурга»? Ведь и само современное искусство с каждым десятилетием сдается в музей, и место его действия не бывает неизменным. Между тем петербургский текст растет не одно столетие, а следовательно, город является месторождением мысли в событиях искусства. Ось книги Екатерины Андреевой прочерчена через те события искусства, которые взаимосвязаны задачей разведки и транспортировки в будущее образов, страхующих жизнь от энтропии. Она проходит через пласты авангарда 1910‐х, нонконформизма 1940–1980‐х, искусства новой реальности 1990–2010‐х, пересекая личные истории Михаила Матюшина, Александра Арефьева, Евгения Михнова, Константина Симуна, Тимура Новикова, других художников-мыслителей, которые преображают жизнь в непрестанном «оформлении себя», в пересоздании космоса. Сюжет этой книги, составленной из статей 1990–2010‐х годов, – это взаимодействие петербургских топоса и логоса в турбулентной истории Новейшего времени. Екатерина Андреева – кандидат искусствоведения, доктор философских наук, историк искусства и куратор, ведущий научный сотрудник Отдела новейших течений Государственного Русского музея.

Екатерина Алексеевна Андреева

Искусствоведение
Пандемониум
Пандемониум

«Пандемониум» — продолжение трилогии об апокалипсисе нашего времени, начатой романом «Делириум», который стал подлинной литературной сенсацией за рубежом и обрел целую армию поклонниц и поклонников в Р оссии!Героиня книги, Лина, потерявшая свою любовь в постапокалиптическом мире, где простые человеческие чувства находятся под запретом, наконец-то выбирается на СЃРІРѕР±оду. С прошлым порвано, будущее неясно. Р' Дикой местности, куда она попадает, нет запрета на чувства, но там царят СЃРІРѕРё жестокие законы. Чтобы выжить, надо найти друзей, готовых ради нее на большее, чем забота о пропитании. Р

Лорен Оливер , Lars Gert , Дон Нигро

Хобби и ремесла / Драматургия / Искусствоведение / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Фантастика / Социально-философская фантастика / Любовно-фантастические романы / Зарубежная драматургия / Романы
Страдающее Средневековье. Парадоксы христианской иконографии
Страдающее Средневековье. Парадоксы христианской иконографии

Эта книга расскажет о том, как в христианской иконографии священное переплеталось с комичным, монструозным и непристойным. Многое из того, что сегодня кажется возмутительным святотатством, в Средневековье, эпоху почти всеобщей религиозности, было вполне в порядке вещей.Речь пойдёт об обезьянах на полях древних текстов, непристойных фигурах на стенах церквей и о святых в монструозном обличье. Откуда взялись эти образы, и как они связаны с последующим развитием мирового искусства?Первый на русском языке научно-популярный текст, охватывающий столько сюжетов средневековой иконографии, выходит по инициативе «Страдающего Средневековья» – сообщества любителей истории, объединившего почти полмиллиона подписчиков. Более 600 иллюстраций, уникальный текст и немного юмора – вот так и следует говорить об искусстве.

Сергей Олегович Зотов , Михаил Романович Майзульс , Дильшат Харман , Сергей Зотов

Искусствоведение / Научно-популярная литература / Образование и наука