Читаем Ранние кинотексты, 2000–2006 полностью

Режиссёр не упускает нить повествования ни на секунду, и все, что попадает в кадр фильма, рано или поздно будет отыгрываться. Разбитая задняя фара, водитель грузовика со льдом, подруга Венны по институту: в «Поездочке» нет ничего лишнего. К тому же эти и другие детали не просто к месту, но и являются теми вещами, которые выделяют фильм из массы подобных триллеров.

Фулер, Льюис и Венна выглядят неожиданно узнаваемо. Они вынуждены бегать, кричать и прятаться почти весь фильм, и потому не дотягивают до полноценных ярких кинообразов. Но те легкие штрихи в характере, которыми они наделены, делают их гораздо интереснее напуганных до смерти героев всех молодежных триллеров. Именно в этих штрихах и заключается наш интерес к ним — персонажи становятся правдоподобными. Фулер вышел этаким хохмачом, но Стив Зан, актёр с несомненным чувством юмора, играет так, что юмор органично вплетается в характер его героя, и тот становится не просто чисто комедийным персонажем, а вполне реальным человеком с веселым складом характера.

Противостоит троице довольно интересный персонаж. В отличие от монстра в «Джиперс Криперс», которого тоже долго не показывают на экране и который тоже ездит в большом грузовике, Ржавый Гвоздь не выглядит воплощением зла. И знаете, в этом он гораздо страшнее этого монстра. В том-то и дело, что Ржавый Гвоздь предстает вполне реальным человеком. Он не просто запугивает героев своим низким голосом и давит их машину своим грузовиком. Некоторые моменты, едва заметные, как и многое в «Поездочке», позволяют составить психологический портрет «подозреваемого»: его мимолетные фразы о внешности, кресты с погребальными венками на обочине дороги… Это вселяет страх и беспокойство — на самом деле Ржавым Гвоздем из плоти и крови может оказаться любой, кто попадает в поле зрения персонажей.

Интересных героев и захватывающего сюжета вполне хватило бы для хорошего триллера. Но и этого Джону Далу недостаточно. Ему необходимо тревожное люминисцентное освещение, напряженная музыка, резкие движения камеры и главная находка: картина на стене в номере героев буквально оживает, и гроза на ней сливается с грозой за окном, когда за стеной явно происходит что-то очень страшное. Все это делает «Поездочку» ко всему прочему еще и довольно атмосферной, что уж совсем роскошь.

Как я уже упомянул, Ржавого Гвоздя нам так и не покажут. Он остается загадкой, но надолго ли? Действительно, зачем раскрывать все секреты сразу, если можно придержать их для продолжения. Будучи несомненно хорошим фильмом, «Ничего себе поездочка» вправе рассчитывать и на неплохую кассу. И если она ее соберет, то финал картины придется кстати: он оставляет перспективы для сиквела.

ОЦЕНКА. 8. Хорошо снятый триллер с крепким сюжетом и ненадуманным саспенсом — жемчужина среди множества проходных лент этого жанра.

«О»

СЮЖЕТ. Один Джеймс — лучший баскетболист школьной команды. Встречается с замечательной девушкой Дези. Тренер души в нем не чает, относится как к родному сыну. Настоящему же родному сыну Хьюго папа уделяет не так много внимания, как Одину. Кроме того, честолюбивый Хьюго и сам не прочь стать лучшим игроком в сборной. Тем более, как он считает, у него для этого не меньше данных. Злоба и зависть по отношению к удачливому парню заставляют Хьюго расставить для него коварные сети…

ФИЛЬМ. Если кто-то не знал заранее или не догадался по сюжету, перед вами — экранизация трагедии Уильяма Шекспира «Отелло». Главный герой — баскетболист. Отец Дези/Дездемоны — декан института. Хьюго/Яго принимает анаболики, чтобы лучше играть в баскетбол. Очередная из постмодернистских интерпретаций классической драматической истории в нашем с вами времени. И, пожалуй, худшая из всех.

При некоторых недостатках «Ромео + Джульетта» База Лурманна и «Гамлет» Майкла Альмерейды отличались потрясающей оригинальностью в воплощении шекспировского текста в реальности конца ХХ века. Максимально приближенно к тексту первоисточника (в этих двух фильмах стихи Шекспира не переработаны в тривиальную прозу каким-нибудь дешевым сценаристом), эти картины, тем не менее, находят по-настоящему современное отображение событий, о которых было написано много столетий назад. Вспомните пистолеты марки «Меч» и монолог «Быть или не быть» в видеопрокате — блеск!

Что касается «10 причин моей ненависти», фильма гораздо более близкого «О» по стилю (герои сделаны более молодыми людьми, а стихи заменены прозой), успех этой комедии в том, что она и не старается казаться дотошной экранизацией. Создатели лишь взяли за основу главную сюжетную линию у Шекспира, а все остальное придумали уже сами. С фильмом «О» случай, как я уже говорил, вышел печальный: оригинальный текст заменен пошлыми тинейджерскими репризами («Я хочу, чтобы ты имел меня, как тебе захочется», — говорит Дездемона Отелло), а конфликт перенесен в нашу скудную на высокие чувства действительность почти слово в слово, так что глубокие душевные терзания подростков-наркоманов выглядят более чем фальшиво.

Перейти на страницу:

Все книги серии Eksmo Digital. Искусство, хобби, развлечения

Похожие книги

100 лет современного искусства Петербурга. 1910 – 2010-е
100 лет современного искусства Петербурга. 1910 – 2010-е

Есть ли смысл в понятии «современное искусство Петербурга»? Ведь и само современное искусство с каждым десятилетием сдается в музей, и место его действия не бывает неизменным. Между тем петербургский текст растет не одно столетие, а следовательно, город является месторождением мысли в событиях искусства. Ось книги Екатерины Андреевой прочерчена через те события искусства, которые взаимосвязаны задачей разведки и транспортировки в будущее образов, страхующих жизнь от энтропии. Она проходит через пласты авангарда 1910‐х, нонконформизма 1940–1980‐х, искусства новой реальности 1990–2010‐х, пересекая личные истории Михаила Матюшина, Александра Арефьева, Евгения Михнова, Константина Симуна, Тимура Новикова, других художников-мыслителей, которые преображают жизнь в непрестанном «оформлении себя», в пересоздании космоса. Сюжет этой книги, составленной из статей 1990–2010‐х годов, – это взаимодействие петербургских топоса и логоса в турбулентной истории Новейшего времени. Екатерина Андреева – кандидат искусствоведения, доктор философских наук, историк искусства и куратор, ведущий научный сотрудник Отдела новейших течений Государственного Русского музея.

Екатерина Алексеевна Андреева

Искусствоведение
Пандемониум
Пандемониум

«Пандемониум» — продолжение трилогии об апокалипсисе нашего времени, начатой романом «Делириум», который стал подлинной литературной сенсацией за рубежом и обрел целую армию поклонниц и поклонников в Р оссии!Героиня книги, Лина, потерявшая свою любовь в постапокалиптическом мире, где простые человеческие чувства находятся под запретом, наконец-то выбирается на СЃРІРѕР±оду. С прошлым порвано, будущее неясно. Р' Дикой местности, куда она попадает, нет запрета на чувства, но там царят СЃРІРѕРё жестокие законы. Чтобы выжить, надо найти друзей, готовых ради нее на большее, чем забота о пропитании. Р

Лорен Оливер , Lars Gert , Дон Нигро

Хобби и ремесла / Драматургия / Искусствоведение / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Фантастика / Социально-философская фантастика / Любовно-фантастические романы / Зарубежная драматургия / Романы
Страдающее Средневековье. Парадоксы христианской иконографии
Страдающее Средневековье. Парадоксы христианской иконографии

Эта книга расскажет о том, как в христианской иконографии священное переплеталось с комичным, монструозным и непристойным. Многое из того, что сегодня кажется возмутительным святотатством, в Средневековье, эпоху почти всеобщей религиозности, было вполне в порядке вещей.Речь пойдёт об обезьянах на полях древних текстов, непристойных фигурах на стенах церквей и о святых в монструозном обличье. Откуда взялись эти образы, и как они связаны с последующим развитием мирового искусства?Первый на русском языке научно-популярный текст, охватывающий столько сюжетов средневековой иконографии, выходит по инициативе «Страдающего Средневековья» – сообщества любителей истории, объединившего почти полмиллиона подписчиков. Более 600 иллюстраций, уникальный текст и немного юмора – вот так и следует говорить об искусстве.

Сергей Олегович Зотов , Михаил Романович Майзульс , Дильшат Харман , Сергей Зотов

Искусствоведение / Научно-популярная литература / Образование и наука