Рассказы Фата-морганы

Потом я опять отправился в душ; холодная вода била в лицо, которое представлялось мне преждевременно увядшим, изможденным, изнуренным желаниями. Выйдя наружу, я заметил, что за сауной и лабиринтом есть еще одна комната, которую я раньше не замечал: за огромной стеклянной стеной, в полумраке, с десяток обнаженных мужчин сплелись между собой. Я некоторое время за ними наблюдал, затем присоединился, и на этот раз никто меня не оттолкнул. Не успел я оглянуться, как давление тел втянуло меня внутрь, руки пробегали по моему телу, мяли ягодицы, влажные пальцы разминали мне анус, небритые лица прижимались своими губами к моим, рты посасывали, а потом больно кусали соски, мои собственные руки на ощупь находили и ласкали твердые члены, запах плоти и застарелого пота одурманивал меня, я потерял опору и оказался на коленях; член уперся мне в глотку, другой терся о щеку, третий ударял по лбу; сильные, властные руки, державшие меня за волосы и затылок, направляли мою голову, члены вколачивались в мои округленные губы и давили на небо, от чего я едва мог дышать; наконец они уступили место паре волосатых ягодиц, которые прижались к моему лицу; я высунул язык, впитывая едкую горечь ануса, другой язык проделывал то же самое со мной, впиваясь мне между ягодиц, разведенных несколькими руками; постепенно я оказался на полу, то ли рука, то ли нога придавила мне шею, мой зад приподняли, чтобы туда смог внедриться член, я замычал, придавленный рукой, в ответ мою голову задрали вверх, и еще один член погрузился мне в рот; оба двигались взад-вперед, четвертуя меня и наполняя белым пламенем, прожигавшим меня с двух сторон насквозь, отчего по мне проходила такая сильная дрожь наслаждения, что меня приходилось поддерживать руками, чтобы я не рухнул; тот, который был позади меня, таранил мой зад, задранный почти вертикально, сильными глухими ударами; наконец, настигнутый оргазмом, он напрягся до предела, его член, извергаясь, затрепетал и резко, не успев обмякнуть, вышел, таща за собой растянутый латекс презерватива, полного спермы, другой сразу же занял его место, и все началось по новой; во рту у меня также один член сменялся другим, я потерял всякое представление о времени, кто-то вдруг кончил мне на лицо, липкая сперма заволокла глаза и губы, я кое-как отер ее и заморгал, разлепляя веки; меня окружали части тел, руки, ляжки, волосатые, бритые, татуированные, толстые, эрегированные члены, с оттянутой крайней плотью; я закрыл глаза и отдался этим месившим, пронзавшим, разверзавшим меня шире и шире членам; мне казалось, что мое тело немыслимо округлилось, набухло, как налившийся соком венчик цветка, изгибаясь дугой от разрядов наслаждения, которое едва не разрывало его, резко отпуская и тут же возобновляя нарастающую пульсацию, захлестывало все мои чувства и изнуряло мышцы, трепещущие все сильнее и сильнее; я открыл глаза, стеклянная стена рядом со мной смутно отражала переплетенные тела, я не мог ничего различить, кроме задниц, наслаивающихся друг на друга, сияющих словно луны, но за стеклом виднелась еще одна фигура, я раскрыл глаза пошире, чтобы лучше ее разглядеть: это был маленький ребенок, светленький мальчик с острым личиком, совершенно голый, он смотрел нас через стекло во все глаза, с упрямо сжатыми губами. Я замер, лицо за окном также оставалось неподвижным, тела вокруг меня сутолочно топтались, мычали, пыхтели; неясное замешательство овладевало мной, быстро отделяя меня от моего тела. «Что тут делает этот мальчик? — подумал я. — Разве несовершеннолетним не запрещен вход в это заведение?» Мальчик молча и настойчиво продолжал на меня смотреть, я попытался высвободиться от того, кто теперь нещадно меня имел, но его руки схватили меня за бедра и держали безжалостно насаженным на член, который входил в меня и выходил с сумасшедшей скоростью; напрасно я пытался его оттолкнуть, маленький мальчик не отрывал от нас глаз, меня охватила паника, и я стал вырываться еще сильнее, но другие выкрутили мне руки и пригвоздили мои лопатки к полу, нога вдавила голову в кафельную плитку; в тот же миг член, рывком выйдя из меня, забрызгал мой зад спермой, и уже другой занял его место, и тогда я закрыл глаза, чтобы не видеть ни мальчика, ни члены вокруг, и сдался буре плоти, в которой мое тело словно оторвалось от самого себя, забрызгивая собой все вокруг, пока его не смыло черным бушующим морем.