Рассказы о жизни. Книга первая

Мы провели большую работу по политическому воспитанию членов этого профобщества, и это не могло не дать своих результатов. Уже через месяц они предъявили хозяевам типографий ряд требований экономического характера (уменьшение рабочего дня, повышение заработной платы, оплата за отпуск и во время болезни и другие) и, когда предприниматели отказались что-либо сделать, объявили забастовку. Чтобы сломить упорство наборщиков и печатников, владельцы типографий пригрозили им локаутом. Но полиграфисты, несмотря на колебания некоторых своих товарищей, стойко выдержали этот натиск. На третий день забастовки хозяева согласились на переговоры и удовлетворили почти все существенные требования рабочих (девятичасовой рабочий день, повышение на 10—25 процентов зарплаты, ежегодные двухнедельные отпуска с сохранением установленного оклада, оплата за время болезни, увольнение рабочих только с разрешения примирительной комиссии профобщества).

Укрепление связей с типографиями и некоторыми редакционными работниками позволило Луганскому большевистскому комитету улучшить освещение в газете «Северный Донец» жизни фабрично-заводских рабочих. А вскоре мы создали и свой легальный партийный орган — газету «Донецкий колокол». С согласия Луганского комитета ее начал издавать Д. М. Розловский, умеренный по своим взглядам член нашей социал-демократической организации, допускавший некоторые колебания в сторону меньшевизма (печаталась она в типографии Г. С. Житомирского). Мы, большевики-комитетчики, превратили газету в орган подлинно большевистского направления, выделив для ее ведения группу партийных пропагандистов, знавших газетное дело. И хотя газета просуществовала всего три месяца (с 17 октября 1906 года по 17 января 1907 года) и было выпущено всего 20 номеров, она оказала нашей большевистской организации неоценимую помощь в идейном воспитании и организации трудящихся.

Уже в первом номере «Донецкого колокола» отмечалось, что главной задачей газета ставит «выяснение нужд и интересов рабочего класса, его роли как борющегося класса за политические и социальные идеалы человечества». Следуя этому курсу, газета систематически публиковала сообщения о политической жизни в стране и за границей, материалы о положении рабочих на фабриках и заводах, по аграрным и культурным вопросам. Постоянными отделами в газете были: «Жизнь Донецкого бассейна», «Из жизни партии», «Профессиональное движение в Луганске», «Письма в редакцию», «Нам сообщают», «Городская хроника», «Телеграммы» и другие. Статьи и заметки, публикуемые в газете, показывали тяжелые материальные условия рабочих и крестьян в России, их политическое бесправие. При этом, разумеется, приходилось учитывать условия легального издания газеты и излагать все эзоповским языком, чтобы не давать повода царским властям штрафовать газету, конфисковать отдельные номера и ставить ее под угрозу закрытия за недозволенную деятельность.

Вот, например, как излагала газета «Донецкий колокол» программу-минимум и программу-максимум нашей большевистской партии. Начав с того, что свободы бывают разные, она напомнила о бюрократической, то есть о царско-монархической, свободе, для которой характерны произвол и бесправие, о кадетской свободе, направленной к тому, чтобы буржуазия стала господином свободной от самодержавия России и своей властью сохраняла основы старого мира, затем резко обрушилась на буржуазные партии, обманывающие народ.