Рассказы о жизни. Книга первая

«Не они могут быть защитниками целей и стремлений рабочего класса, — писал «Донецкий колокол», — а партия социал-демократии. Она — партия городских и сельских пролетариев, она выражает интересы, чаяния и желания эксплуатируемых. Социал-демократия — партия социализма. Ее конечная цель — это освобождение рабочего класса от капиталистического гнета, создание на месте мира наживы и эксплуатации мира равенства и братства. Труд должен быть вырван из кабалы капитала. На смену буржуазному миру должен придти мир социалистический. На борьбу за этот мир зовет социал-демократия.

Ее ближайшая цель — это завоевание широких социальных и политических реформ, необходимых для удовлетворения ближайших нужд рабочего класса. Полная демократизация государства, введение 8-часового рабочего дня и изменение в корне рабочего законодательства — вот ближайшая задача передового авангарда рабочего класса — партии соц.-демократии»[104].

«Донецкий колокол» сыграл значительную роль в разоблачении предательского поведения либеральной буржуазии, тактического и организационного оппортунизма меньшевиков, в пропаганде большевистской платформы в связи с выборами во II Государственную думу.

Четкая большевистская линия «Донецкого колокола» вызывала беспокойство в правящих кругах, и они искали любого повода для его закрытия. Отвечая на один из запросов департамента полиции (по поводу выступления газеты о положении политических заключенных в Луганской тюрьме), екатеринославский губернатор писал:

«Что же касается до направления «Донецкого колокола», то о нем я телеграфировал департаменту 27 декабря минувшего года и теперь вновь утверждаю, что конфискация цензором отдельных номеров без уверенности, что судебные места утвердят этот арест или даже совершенно приостановят выход газеты, цели не достигнет, что уже в настоящее время совершенно ясно обрисовывался характер газеты, крайне вредный и развращающим образом действующий на массы рабочего населения, для которого она предназначена, и что дальнейшая переписка генерал-губернатора с прокурором по этому поводу лишь отдаляет время принятия против газеты решительной меры, каковой единственно в моих глазах является приостановление этого органа печати на все время военного положения в Славяносербском уезде»[105].

В этих словах, как мне думается, заключена вполне справедливая характеристика нашей газеты именно как большевистской; ее ругают враги, стало быть, она делала свое дело по-настоящему. Об этом же свидетельствует и завершающий этап в работе газеты. По распоряжению департамента она была закрыта за статьи «противоправительственного направления и пропагандирующие социал-демократические идеи»[106].

«Донецкий колокол» значительно облегчил нашу работу по созданию профсоюза рабочих-металлистов в луганских мастерских, в котором объединились кузнецы, слесари, литейщики, жестянщики, лудильщики. Используя газету, мы опубликовали на ее страницах «Обращение к рабочим по металлу города Луганска», в котором разъяснили суть капиталистической эксплуатации и призвали рабочих-металлистов к организационным действиям.