Разрез! История хирургии в 28 операциях

Скобки

В 1907 году венгр Хюмер Хюльтл нашел решение проблемы, состоящей в том, что в случае кишечных швов из отдельных «стежков» надежность всего шва зависит от надежности каждого отдельного «стежка». Он исходил из того, что раны можно будет закрывать более прочно, если удастся накладывать все «стежки» одним действием, то есть автоматически делать весь шов за один раз. Он изобрел огромный степлер с большим количеством скобок, которые одновременно закреплялись в ткани. Аладар фон Петц, еще один венгр, по этому образцу разработал удобный аппарат, который уже в двадцатые годы использовался хирургами как особая техника для особых случаев. Однако после Второй мировой войны хирургическая техника накладывания скобочных швов при помощи степлеров с западной стороны железного занавеса была забыта, в то время как хирурги восточного блока, по-видимому, продолжали ее использовать. В Советском Союзе степлеры были усовершенствованы. Тем не менее западные хирурги не знали, как работали их коллеги в восточном блоке, и этот факт остался для них неизвестным. В шестидесятые годы американский хирург Марк Равич, будучи в Москве, обнаружил такой советский аппарат в витрине магазина. Он едва мог поверить своим глазам, потому сразу же купил его, привез домой и показал одному производителю, который по данному образцу стал изготавливать в промышленных масштабах Surgical Stapler Devices

, хирургические степлеры. Они завоевали весь мир. Сегодня почти ни одна операция на желудке или кишечнике не обходится без скобок.

Но метод Бильрота был совершенно другим. Он сделал один очень маленький горизонтальный разрез на уровне опухоли и даже не мог распознать, что живот его пациента уже заполнен метастазами. Что же тогда было целью операции? Ведь Тереза умерла три месяца спустя из-за этих метастазов. Кроме того, у Бильрота не было никакого плана, как снова соединить органы. Он сам описывал как чистой воды удачу, что он смог подтянуть культю желудка без чрезмерного напряжения к двенадцатиперстной кишке. Но что бы он делал, если бы это не получилось? Бильрот все же хорошо понимал, что различие между двумя концами – проблема. Они не одного размера. Диаметр двенадцатиперстной кишки составляет около 3 сантиметров, а желудка – как минимум 6 сантиметров. Чтобы их «состыковать», нужны добрые 50 стежков.

В общем, можно назвать чудом, что Тереза Геллер прожила три месяца. В последующие годы Бильрот провел 34 аналогичные операции с коэффициентом успеха ниже сорока процентов. Тем не менее он был всемирно известен. Позже он злоупотреблял своим авторитетом и без весомых аргументов утверждал, что, по его мнению, хирурги не должны рисковать, выполняя операции на сердце, а также не должны заниматься варикозными венами. Кстати, исходная операция Бильрота вскоре была заменена гораздо более мудрым решением, названным операцией Бильрот II, сокращенно B-II. Это была дистальная гастрэктомия, при которой не приходилось соединять два конца друг с другом посредством искусной уловки. Однако это решение придумал не Бильрот, а его помощник Виктор фон Хакер. Операция B-II, которая на самом деле должна была называться операция H-I, почти полностью вытеснила операцию B-I. Некоторые недостатки B-II были позже устранены французским хирургом: он делал второе кишечное соединение в форме развилки Y. Этого француза звали Цезарь Ру, и дистальная гастрэктомия, которая практикуется и сегодня, имеет полное название: «Бильрот II с Ру-Y». Странное название для распространенной операции.