Разрез! История хирургии в 28 операциях

Медицинским термином для обезболивания является «анестезия», что буквально означает «без чувства». Обезболивание, при котором возникает сон, потеря сознания, называется «наркоз» или общий наркоз, общая анестезия. Первый наркоз, точнее говоря, первая операция под общей анестезией была проведена всего за семь лет до описываемых событий, 16 октября 1846 года, в Массачусетской больнице общего профиля в Бостоне. Там стоматолог Уильям Мортон предложил своему пациенту, Эдварду Эбботту, вдыхать пары эфира. Веществом, о котором идет речь, был диэтиловый эфир. У пациента образовалась опухоль на шее, которую нужно было удалить. И, пока он спал, хирург Джон Уоррен вырезал это злокачественное новообразование. Все прошло хорошо, пациент ничего не почувствовал и после операции просто проснулся. Уоррен был очень впечатлен и, с присущей ему подчеркнутой сдержанностью, произнес исторические слова: «Gentlemen, this is no humbug[16]». Эта операция стала переломным моментом в истории хирургии.

С тех пор, как изобрели острое лезвие, человек, который с помощью своего ножа хотел помогать другим, должен был иметь дело с извивающимися пациентами. Хирургическое вмешательство не только болезненно, оно еще и приводит в сильное напряжение, а страх не пережить операцию его только увеличивает. Поэтому хирург всегда должен был действовать быстро и ловко, не только чтобы причинить меньше боли своему пациенту, но также и потому, что ассистенты и другие присутствующие при операции не могли долго удерживать пациента. Для хирургов это означало: чем быстрее, тем лучше. Лондонский хирург Роберт Листон начинал свои операции с требования к публике, чтобы та следила за временем: «Засекайте время, джентльмены, засекайте время!» Если хирург не успевал закончить свою работу, когда пациент вырывался из рук помощника, беда была неописуемой. У жертвы начиналось сильное кровотечение, и из-за резких движений и паники кровь разлеталась во все стороны. Из-за этого несчастный, конечно, переживал еще больший страх смерти и панику, и усмирить его было уже практически невозможно. Это обстоятельство привело к появлению рекомендуемой для врачей одежды. 150 лет назад хирурги проводили операции в черных халатах, поскольку на них не было видно крови; кроме того, его не приходилось постоянно стирать. Некоторые хирурги даже гордились своим черным халатом, который от засыхавшей крови затвердевал настолько, что мог стоять в вертикальном положении.

Таким образом, приходилось быть расторопным, иначе процедура могла возыметь довольно плачевные последствия. А скорость зависела от уверенности. Это должно было выглядеть так: короткие, меткие, глубокие разрезы в нужном, точно определенном месте, чтобы одним движением разрезать как можно больше ткани. Кровь всегда останавливали в конце, так сказать, «на обратном пути», когда ткани соединяли с помощью нитей, обрабатывали раскаленным железом или просто накладывали очень тугую повязку. Метод был эффективным, но не филигранным. Для тщательного контроля собственных действий времени не предусматривалось, равно как и для случаев возникновения непредвиденных осложнений. Поэтому до 16 октября 1846 года операции были не только быстрыми и кровавыми, но и, в силу необходимости, стандартизированными.

Поэтому для техничного хирурга общая анестезия была чистейшей тратой времени. По крайней мере, в Европе обезболивание в повседневной хирургической практике применяли неохотно. Многие хирурги публично высказались против этой опасной и, по их мнению, ненужной чепухи. В Англии анестезия считалась «уловкой янки», полезной для шарлатанов, не сумевших овладеть искусством проведения быстрых операций. Поэтому хороший хирург в 1853 году все еще действовал быстро, кроваво и по стандарту. Однако вскоре все изменилось благодаря расстройству нервной системы у королевы Виктории. Как только она набралась смелости испытать на себе наркоз и отметила его чрезвычайную пользу, никто более им не пренебрегал. Это был именно тот импульс, который открыл для широкой общественности новое, неизвестное, но крайне важное изобретение.