Разведка и контрразведка

«Славянское население (особенно в Богемии и Моравии) будет упорно сопротивляться заготовкам хлебопродуктов... Надлежит отметить, что органами пропаганды (т. е — Антанты) за последние 6 месяцев (т. е. с ноября 1917 т. по май 1918 г.) роздано около 21 000 револьверов и свыше 6 000 винтовок.

Австро-Венгрия находится накануне хозяйственной катастрофы и политического распада. Славяне рассчитывают только на Антанту.

Правительство политически недееспособно и не в состоянии энергичными мерами подавить оппозиционные партии. Болезненное стремление не заострять политической вражды приводит к терпимому отношению ко всем политическим направлениям. Наша пропаганда не встречает отпора. Славянские и социал-демократические газеты регулярно помещают переданные нами статьи. Достигнутые нами крупные успехи являются залогом конечной победы. Почва везде хорошо подготовлена, осеннее выступление не встретит больших трудностей и быстро приведет к цели.

Авторитет государственной власти и военная дисциплина подорваны. Даже скептик должен видеть, что в короткий срок, максимум в течение года, обстановка приведет к желаемой катастрофе.

Энергичной пропагандой можно значительно сократить этот срок. Расходы незначительны. Логика велит энергично продолжать пропаганду (воздействие на газеты, прокламации и т. п.). Сейчас слова поражают лучше, чем снаряды, а бумага дешевле пушек. Бескровное наступление приведет к. цели [221] в кратчайший срок. Было бы бессмысленно в этих условиях говорить о мире».

Вдобавок ко всему этому руководство внешней политикой Австро-Венгрии держалось крайне пассивной тактики. В феврале 1918 г. я узнал, что оно категорически воспротивилось замыслам принца Вида — возвратиться в Албанию для создания там армии, способной облегчить положение наших войск и вытеснить итальянцев. Я, правда, сам не верил в возможность собрать 50–100 тысяч человек, все же меня удивил запрет министерства иностранных дел вести какую-либо энергичную пропаганду в свою пользу. Лишь одна Австро-Венгрия вела себя так, как будто она была совершенно не заинтересована. От имени разведывательного бюро я выступил с протестом против подобной пассивности и предложил организовать пропаганду в пользу нашего императора как будущего албанского монарха. Когда мне удалось добиться издания соответствующих директив, было уже слишком поздно.

Военное министерство в начале февраля 1918 г. приказало вести постоянные строевые занятия с солдатами, сочетая боевую подготовку с воспитанием, и подвергать их переписку цензуре. 10 марта 1918 г. был, по распоряжению главного командования, произведен неожиданный тщательный осмотр солдатских вещей во всей действующей армии. При обыске были найдены отдельные экземпляры прокламаций революционного или ирредентистского содержания.

В марте 1918 г. был организован специальный отдел борьбы с неприятельской пропагандой, который должен был противодействовать ее влиянию путем выпуска необходимых изданий я приказов и путем инструктирования офицеров, назначенных для контрпропаганды на фронте. Во главе отдела стал полк. Эгон Вальдштеттен.