Разведка и контрразведка

Другим способом шифрования (способ замены) является использование квадратов, в решетке которых заносится алфавит с разброской букв. Каждый столбец и каждая строчка обозначаются цифрой. Шифр для каждой буквы создается путем объединения цифр столбцов и строк.{7}

Значительно более трудным является обратный способ, причем шифр заимствуется из внутренней части возникающей таким образом таблицы. Во главе столбца появляются алфавит и основные цифры, а среди них каждый раз в ином порядке алфавит или выбранные сюда цифры. Каждая буква шифруется теперь по другому ряду находящихся там цифр, причем набор рядов может объединяться произвольно. Так, например, в итальянском «Чифрарио таскабиле» («карманный шифр»), который в начале войны применялся на фронте, строчки обозначались алфавитом, и временный отзыв, а также пропуск, использовались в качестве ключа шифра для установления последовательности рядов.

Русские штабы применяли в конце 1914 г. так называемый «прыгающий код», где у одного из зашифрованных алфавитов каждый раз извлекалось 5–7 или 9 сокращающих знаков и затем переносились на другой. Но этот код скоро исчез, потому что он для них был слишком сложным, и они снова перешли к буквенной подмене, к так называемому «Цезарю», к самому легкому способу для дешифрования. [40]

Вообще, если желательно затруднить дешифрование, то для шифрования приходится проделывать очень много кропотливой работы. Применение механических средств, конечно, облегчает и то и другое, но все же остается большое неудобство буквенного шифрования, заключающееся в том, что оно хлопотливо и шифровка гораздо длиннее, чем открытый текст, что требует больше времени и работы, а также необычайно удорожает их передачу по телеграфу. Вследствие этого алфавиты были дополнены наиболее употребительными фразами и часто встречающимися словами, так что возникли целые таблицы и, наконец, целые «шифровальные коды». Шифр затем возникает путем обозначения стороны столбца и строки в буквах или цифрах, или для одного слова (фразы и т. д.) составляется цифровая (буквенная) группа. Само собой разумеется, такое дорогостоящее средство должно служить годами, причем путем изменения боковых обозначений возможно изменение ключа. В целях дальнейшего увеличения трудностей дешифрования письмо сокращенными знаками может быть перешифровано путем прибавления или отнятия каких-нибудь чисел при цифровых сокращениях, путем подмены букв для всего сокращенного письма, или при обусловленных группах, что опять-таки необычайно увеличивает работу и открывает еще новые источники ошибок, но зато лишает возможности дешифровать депеши. При передаче по телеграфу и по радио работа облегчается, если вместо цифровых групп или произвольно объединенных букв выступают произносимые слоги или слова, которые легко позволяют установить неизбежное перевирание. У нас эти соображения вызвали введение. Как бы сложны ни были системы шифров, все же при наличии достаточного количества зашифрованного материала они дают возможность дешифровать секретный текст. Рано или поздно при соответственной опытности применяемая система обнаруживается, и тогда дешифрование становится возможным на основании частоты повторяемости букв и слов, а также на основании разных других факторов и признаков. {8}

К моменту моего прихода в разведывательное бюро [41] Генштаба шифрование было оценено вполне как необходимое средство сохранения тайны в неприкосновенности. Шифровали и дешифровали много, но совершенно не занимались раскрытием иностранных шифров. Лишь после продолжительных поисков мне удалось найти один далеко запрятанный в старых делах русский консульский шифр. Срок его действия истек, и для моей работы он был, к сожалению, непригоден.

После этого перехватывание радиограмм, передаваемых радиостанцией Антивари и предназначенных для последней, производившееся нашими военными кораблями с 1908 г., предоставило в наше распоряжение целый ряд иностранных шифрованных сообщений. Кабельную связь тоже было возможно подслушивать. Дешифрование было чрезвычайно интересно. С огромным рвением принялся я за трудную работу, которая была настоящим сизифовым трудом, вследствие малого количества лиц, умеющих читать, а также вследствие обусловленного этим страшного перевирания текста. Постепенно, однако, наметился успех. Служба подслушивания, при помощи телеграфа и телефона, введенная в связи с усилившейся агентурной работой против Сербии, тоже давала обильный материал, причем разведывательный пункт в Сараево отчасти разгрузил меня от дешифрования. Однако работа все увеличивалась, и я едва мог с ней справляться наряду с остальной моей деятельностью.