Разведка и контрразведка

Из России поступали сообщения о надвигавшейся войне с Австро-Венгрией, а также о всевозможных подозрительных упражнениях и предмобилизационных мероприятиях. Имелись сведения о желании Франции снова вынести русское сосредоточение вперед, но русские на это не соглашались. Мы имели также сведения о пробной мобилизации в Варшавском военном округе, об образовании «Корпуса тревоги». Все это вынудило нас расширить в тесном контакте с Германией нашу агентурную сеть. Разведывательная служба Германии тоже страдала от недостатка денежных средств, почему зоны разведки обеих стран были точно разграничены.

Было также ясно, что на Балканах что-то происходит. Весной здесь несомненно нужно было считаться с возможностью восстания албанцев. Греция приступила к реорганизации армии. В Черногорию шли из России и из Италии оружие и боеприпасы. В Сербии образовалась новая тайная организация под названием «Черная рука» или «Единение или смерть», ставившая своей целью освобождение всех славян и раздел Австро-Венгрии. Во главе организации, как тогда сообщали, стояли участники убийства короля в 1903 г.: бывший министр [44] Георгий Геенчич, капитан Воислав Танкосич, офицер разведывательной службы на р. Дрина, преподаватель военной академии майор Драгутин Дмитриевич и редактор газеты «Пьемонт» — Люба С. Иованович. Среди членов организации были, по-видимому, командир Дунайской дивизии полк. Божанович и жандармский майор Радивоевич. Нужно было быть готовым к еще более резким выступлениям, чем памятное выступление «Словенского юга».

В ноябре 1908, г. преемницей «Словенского юга» явилась «Народна Собрана», во главе которой стоял ген. Божа Янкович, а секретарем был Милан Прибичеевич. Этот союз пользовался покровительством наследника Александра и работал рука об руку с сербским генштабом. Его задачей являлось создание паники и мятежей в населенных сербами областях, а также диверсионные акты. Лишь значительно позднее было установлено, что сокольские и антиалкогольные союзы в Боснии и Герцеговине были не чем иным, как отделениями «Народна Одбрана».

В 1910 г. новый союз собирался, по-видимому, использовать в целях покушения поездку императора Франца-Иосифа в Сараево. Последовавшее затем покушение на ген. фон Варешанин несомненно было делом рук этого союза. На эти выступления реагировали слишком слабо. Сербский майор генштаба Милованович дошел до высшей грани в своей агитации, прежде чем решились его выслать. Равным образом не с надлежащей жестокостью боролись и с пропагандой в пользу Сербии и против монархии, которую сильно развил англичанин Сетон Ватсон.

Настроения в Сербии угрожали катастрофой. Сессия скупщины 1911 г. только что закончилась общей ориентацией на Россию даже прогрессивной партии, до сих пор склонявшейся к австрийской монархии. Надлежало сохранять бдительность. Очень хороший источник, консул в Нише, своими донесениями разведывательному пункту в Темешваре навлек на себя неудовольствие посла в Белграде и министерства иностранных дел.

К счастью, консул и начальник штаба в Темешваре были хорошими друзьями, и информация продолжала поступать в виде «частной корреспонденции».

В конце февраля 1912 г. наше министерство иностранных дел настояло на ограничении разведывательной работы против Сербии и на чрезвычайной осмотрительности. Как раз в это время, 29 февраля, последовало заключение болгарско-сербского договора, явившегося первым шагом к «Балканскому союзу», [45] направленному как против Турции, так и против Австро-Венгрии, знаменовавшего собой успех России на Балканах и разъяснявшего русские военные приготовлений, а также неожиданное наводнение Галиции русскими шпионами весной 1912 г. Балканские дипломаты сумели так искусно замаскировать свои шага, что в начале июня наш военный атташе в Софии, подполк. Лакса, по получении известий о конференции в Белграде, где был заключен таможенный союз, принято единообразное законодательство и заключен торговый договор между Болгарией и Сербией, — заявил, что политическое или военное Сближение обеих стран в данное время совершенно исключено. В действительности же 19 июня сербы и болгары вели уже переговоры об оперативном плане против Турции (Мите Стажич, Балканская война 1913 г.).

Начальник генштаба, смутно предчувствуя это, решил 23 июня восстановить «усиленную разведку» против Сербии и обратился к Министерству иностранных дел с просьбой о содействии этой разведке со стороны наших дипломатических представителей в России. В согласии он был тем более уверен, что в 1910 г. подобное ходатайство, хотя и после долгого промедления, но все же было выполнено 24 ноября 1911 г. Однако в ответе, данном только 27 августа 1912 г., министерство иностранных дел находило, что именно в настоящий момент в России разведывательная деятельность будет навлекать на себя сильное подозрение, почему оно считало рискованным требовать от консульских официальных лиц повышенной деятельности в области военной разведки.