Реализм и номинализм в русской философии языка

Современные номиналисты разводят веру и разум, а реалисты полны решимости их соединить в общем познавательном усилии; дедуктивные методы исследования так или иначе развиваются в границах реализма, тогда как индуктивные получили преимущественное внимание со стороны номиналистов; номиналисты исходят из эмпирического опыта, обращая внимание на вещь (совокупности вещей: классы и группы), тогда как реалист всегда заряжен идеей качественности, качественного своеобразия тех же вещей (качество важнее количества, содержание понятия важнее объема понятия); номиналист замыкается на предметном мире здесь и теперь, тогда как реалист обязательно должен проследить развитие идеи, воплощающейся во многих своих проявлениях; его интересует не явление само по себе как номиналиста, но сущность этого явления, отраженная в слове, и он не может ограничиться простым описанием фактов, подобно номиналисту, поскольку чисто интуитивно он провидит тайный смысл бытия за видимостью co-бытия. Словом, номиналист предстает рассудительным скептиком, тогда как реалист – романтик мысли, почти мистически воспринимающий сущее как существующее существо. Вместе с тем мы замечаем, насколько тесно увязаны друг с другом все признаки, отделяющие романтическую диалектику познания реалиста от феноменологических установок номиналиста. Одно вытекает из другого: изменяется качество, которое не просто интуитивно выявляют, но и приписывают вещи, пытаясь постичь ее сущность.

13. Современные представления

Проблема универсалий стала основной проблемой лингвистики XX века, история которой требует внимательного изучения.

Сплетаясь с философской проблемой сущности, во влиятельной теории феноменологически ориентированного структурализма универсалия понимается как инвариант; при других подходах к языковым явлениям (прежде всего к речи) универсалии также присутствуют. В известном смысле можно сказать, что динамика развития современного языкознания заключается в постоянном преодолении номинализма как родового признака научной лингвистики.

Карл Поппер (1992), признавая Аристотеля реалистом, полагает, что

«научное использование определений, характеризуемое подходом „справа налево“, можно назвать номиналистской интерпретацией в противоположность аристотелевской эссенциалистской интерпретации определений. В современной науке используются только номиналистские определения, т.е. вводятся сокращенные обозначения или символы, для того чтобы сократить длинный текст. Отсюда сразу же ясно, почему определения не играют заметной роли в науке» (там же: 22).

«Геометрия определений» исходит из того, что следование молодой пес – это щенок является «номиналистским»: в предикате устанавливается объем понятия и уясняется предметное значение слова. Следование же щенок – это молодой пес признается «эссенциалистским» (относится к реализму), поскольку в таком определении устанавливается содержание понятия по сущностному («эссенциальному») признаку и уясняется словесное (словарное) значение слова, которое на лингвистическом уровне также является «научным».

Номиналист Поппер отрицает за реалистским определением всякое научное значение, между прочим, потому, что во втором следовании невозможно осуществить подстановку щенок – это молодой щенок, щенок – это коричневый пес, тогда как в первом следовании такие подмены возможны: молодой пес – это щенок с «сокращенным обозначением символом» «щенок», а коричневый пес – это бульдог с новым «сокращенным символом» по причине смены объема понятия, скрытого как раз в определении.

Порицая Аристотеля за определения типа «этот щенок – коричневый», в котором решается сразу два вопроса: «что это такое? – щенок» и «что такое щенок? – коричневый»,

«я, в частности, хочу обратить внимание на тот факт, что оба эти вопроса говорят о термине, который расположен в определении с левой стороны, а ответ дается в определяющей формуле, которая расположена с правой стороны. Этот факт характеризует эссенциалистское воззрение, не имеющее ничего общего с научным методом определений» (там же).