Репортажи из-под-валов. Альтернативная история неофициальной культуры в 1970-х и 1980-х годах в СССР глазами иностранных журналистов, дополненная инт

Л. Р.: Безусловно. Хотя Монастырский был мне более-менее близок.

Г. К.: Ну, это все тот же круг. Но я имею в виду другие круги литераторов и проекты типа «Аполлон», «Метрополь» и т. п.

Л. Р.: Нет-нет. Я про них знал, и они, может быть, обо мне слышали, но думаю, что мы были взаимно неинтересны. Позже я стал дружить и сейчас дружу с теми поэтами, которых тогда я знал как минимум по фамилии, но дело в том, что все поменялось, и поменялись критерии общности и разобщенности.

Г. К.: Я помню, например, приходил тогда на семинары Михаил Айзенберг…

Л. Р.: Да, которого я считаю сейчас одним из лучших поэтов.

Г. К.: Так что какие-то точки соприкосновения с другими поэтическими кругами все же были и тогда. Спасибо за позитивное интервью!

Москва, декабрь 2020

БЕСЕДЫ ЭЛЬНАРЫ ТАЙДРЕ С ТЫНИСОМ ВИНТОМ О ВЗАИМООТНОШЕНИЯХ РУССКОГО И ЭСТОНСКОГО ИСКУССТВА В 1960–1990-Х ГОДАХ

1. Беседа от 10.09.2014

Эльнара Тайдре: Когда я думаю о культурном мосте Таллинн — Москва, то мое представление о ваших контактах не всегда отличается четкостью. Юрий Соболев — один из немногих, кто описывает в книге «Таллинн — Москва» [175] это явление более подробно и с большой теплотой. Авторы остальных текстов с российской стороны остаются довольно-таки лаконичными: да, бывали в Таллинне, но что именно они здесь видели, с кем встречались и какое влияние это могло оказать на дальнейшие отношения, не раскрывается.

Тынис Винт: К примеру, здесь часто бывала коллекционер Татьяна Колодзей, она даже часто ночевала у меня.

Э. Т.: Это она начала коллекционировать советское нонконформистское искусство, в том числе и из стран Балтии?

Т. В.: Да.

Э. Т.: Колодзей покупала произведения или получала в подарок?

Т. В.: Просила в качестве подарка. Работы частные коллекционеры покупали очень мало.

Э. Т.: Как я понимаю, эти альтернативные художественные коллекции сформировались благодаря подаренным произведениям. А какие работы интересовали Колодзей? Геометрические или фигуративные композиции?

Т. В.: Можно сказать, что она получала в подарок работу из числа тех, которые были актуальны для меня самого на тот момент.

Э. Т.: А Юрий Соболев часто бывал здесь?

Т. В.: Довольно-таки. Ведь после смерти Юло Соостера художников-мыслителей подобного толка в его круге друзей не осталось. У нас он чувствовал себя лучше, чем в московских культурных кругах.

Э. Т.: Какие темы его интересовали, какие темы были для вас общими? Можно ли это как-то кратко обобщить?

Т. В.: Наверное, это невозможно. Всевозможные темы, вплоть до политики.

Э. Т.: В воспоминаниях, опубликованных в журнале «kunst.ee» [176] после смерти Соболева, ты подчеркнул, что у него был широчайший кругозор, он владел темами от истории искусства до новейших открытий науки и техники. В книге «Таллинн — Москва» сам Соболев описывал предпринятый им и Соостером проект «реконструкции» истории искусства ХХ века, информация о которой была в советских условиях весьма ограниченной. Вы обсуждали с ним историю искусства?