Репортажи из-под-валов. Альтернативная история неофициальной культуры в 1970-х и 1980-х годах в СССР глазами иностранных журналистов, дополненная инт

Впрочем, пишет далее Шпиль, «то, что можно увидеть в Доме художников, захватывает более своей непосредственностью и оригинальностью заявления, чем дерзким отклонением от традиций», и этот факт не мог не сказаться впоследствии на судьбе «Музея современного русского искусства в изгнании». А сам Глезер неожиданно заявляет, что «нонконформистское движение никоим образом не претендует на модный в наше время термин „авангард“», — однако термины «авангард» и «второй авангард» постоянно использовались в те годы и далее в «домашних» искусствоведческих статьях о наших независимых художниках. К примеру, Евгений Барабанов в статье «Сентябрьская выставка московских художников 1975 года» пишет о творчестве художников-концептуалистов В. Скерсиса, Г. Донского, М. Рошаля (учеников В. Комара и А. Меламида и членов группы, получившей после выставки имя «Гнездо») и Л. Бруни (автора «Пейзажа с Полифемом») как о явлении современного «московского авангарда»: «В их работах обозначился принципиальный разрыв с ретроспективными и консервативными традициями «неофициального» московского искусства. И в этом смысле Сентябрьская выставка может быть с полным правом названа первой выставкой московского «авангарда»»[54].

В заключение Шпиль справедливо отмечает, что Александр Глезер был «ключевой фигурой» российского нонконформизма, «вдохновителем многих выставок, меценатом и страстным торговцем», который теперь станет миссионером на Западе.

International Herald Tribune от 31 марта сообщила об открытии за день до этого в Москве серии выставок, организованных в семи квартирах и мастерской при участии почти сотни неофициальных художников. Ранее организатор одной из выставок Михаил Одноралов заявил корреспондентам, что его вызывали в отдел культуры, где сообщили, что считают готовящееся мероприятие «антисоветским». Теперь же художники назвали открывшиеся неформальные просмотры «прелюдией» к большой весенней выставке, в которой примут участие неофициальные художники со всего Союза. Однако ответа от властей на поданную заявку художники пока не получили.

Газета Frankfurter Allgemeine Zeitung публикует 25 апреля сообщение Немецкого информационного агентства (DAP) под заглавием «В московских квартирах: дважды нонконформисты». На этот раз одновременно в шести московских квартирах открылась вторая выставка картин советских художников-нонконформистов. В ней с несколькими сотнями работ принимают участие около 150 художников из Москвы и Ленинграда, а также других городов Прибалтики, Казахстана, Грузии, Армении, Молдавии и Украины. По словам художника Оскара Рабина, художники вскоре решат, будет ли выставка длиться неделю или дольше. В отличие от сумбурной однонедельной выставки, открывшейся в конце марта, на этот раз показ картин организован по стилям.

International Herald Tribune от 20 мая публикует большую статью корреспондента Washington Post Питера Осноса о советских писателях, «остающихся дома». Как справедливо отмечает автор, советская литературная сцена в сознании западного читателя очень долго сводилась к борьбе Пастернака, Солженицына и других подобных литераторов с государством. Успешно опубликованный на Западе, но запрещенный в СССР роман как-то всегда заслонял собой тот факт, что в стране продолжают работать и другие талантливые писатели, пишет Оснос. При этом цензура и ранее неизменно была частью российского литературного наследия, и все великие русские писатели были вынуждены подчиняться царским запретам. «Но даже после прохождения сквозь сито контроля и запретов, — цитирует журналист какого-то советского критика, — наша литература по-прежнему наилучший способ понять, что у людей на уме». Оснос внимательно рассматривает творчество В. Шукшина, Ф. Искандера, «деревенщиков» (В. Белова, Ф. Абрамова, В. Распутина), «военную прозу» (К. Симонова, В. Быкова), Ю. Трифонова, А. Битова, В. Астафьева, В. Войновича и др. По его ощущению, искренний самоанализ, присущий литературе эпохи десталинизации, сегодня уже непозволителен. Нынешняя литература, пишет Оснос, фокусируется на описании подробностей частной жизни, но опускает политические вопросы, а авторы, желая нарисовать свой мир, хотят в то же время публиковаться и потому намеренно сужают проблематику, находя компромисс с реальностью в формате повести. Впрочем, не всем писателям удается найти общий язык с государством, многие эмигрируют. Другие публикуются на Западе из России, однако радость от такой публикации часто оборачивается забвением на родине и потерей весомых гонораров.