Рецепт убийства. Криминалистика Агаты Кристи глазами судмедэксперта

Рано утром в понедельник, 27 марта, 16-летний ученик Уильям Джонс направился на работу в магазин красок, расположенный на Хай-стрит в Дептфорде, районе в юго-восточной части Лондона на правом берегу Темзы. Лавкой управляли Томас Фарроу и его жена Энн, жившие на втором этаже того же здания. Они всегда открывали магазин в половине восьмого, хотя Уильям приступал к работе только в половине девятого. Придя на работу в то утро, он удивился, увидев, что ставни магазина все еще были закрыты. Он постучал в дверь, но ответа не последовало. Поскольку хозяину лавки был уже 71 год, а его жене – 65, юноша забеспокоился, что кто-то из них заболел. Не имея возможности попасть внутрь, Уильям заглянул в окно и увидел, что вся мебель в магазине перевернута вверх дном. Испугавшись, он позвал друга, чтобы тот помог ему выломать дверь. Юноши обнаружили тело Томаса под опрокинутым стулом. Его голова была разбита. Ковер и пепел в камине были залиты кровью. Уильям с другом были уверены, что Томас мертв. Они вызвали полицию, разумно предположив, что им не следует бродить по дому, который, по всей вероятности, был местом преступления. Полицейский обнаружил Энн, жену Томаса, в постели на втором этаже. Она тоже была жестоко избита и из последних сил цеплялась за жизнь.

Похоже, целью этого страшного нападения была кража содержимого кассового аппарата, который валялся пустым на полу. Уильям Джонс сообщил полиции, что в нем обычно содержалось около 10 фунтов стерлингов (1200 фунтов стерлингов по современному курсу[64]). Это была недельная выручка магазина, и в то утро Томас Фэрроу должен был отнести деньги в банк.

Глава уголовного розыска Мелвилл Макнэттан был решительно настроен раскрыть это дело. Взяв кассовый аппарат носовым платком (не забывайте, что криминалистических чемоданчиков с перчатками тогда еще не существовало), Макнэттан заметил отпечаток пальца в нижней части лотка для монет. Он завернул аппарат в бумагу и отнес его в Дактилоскопическое бюро Скотленд-Ярда, недавно основанное Эдвардом Генри[65]. Хотя одно дело об ограблении было раскрыто благодаря дактилоскопии еще три года назад, к методу продолжали относиться подозрительно. Как пишет Вэл Макдермид в своей прекрасной книге «Анатомия преступления»[66], у дактилоскопии был «налет хиромантии»[67]. В том случае кровавый след оказался четким отпечатком большого пальца. Какая удача! Этот отпечаток точно не принадлежал ни юношам, обнаружившим тела, ни супругам Фарроу, ни полицейским, работавшим на месте преступления. Так кто же был убийцей?

За последние 100 лет у полиции накопилась внушительная база дактилоскопических данных, и нам сложно представить себе время, когда это не было нормой.

Однако в 1905 году анализ отпечатков пальцев лишь набирал популярность, так что база данных по сегодняшним меркам была весьма скудной. Тем не менее в ней уже хранились отпечатки приблизительно 90 тысяч человек – огромное число, учитывая, что они были нанесены на карточки, которые приходилось вручную искать и сравнивать с помощью увеличительного стекла.

ПРАВДА, ОТ ОТПЕЧАТКА ПАЛЬЦА С МЕСТА ПРЕСТУПЛЕНИЯ НИКАКОГО ТОЛКУ, ЕСЛИ У ПОЛИЦИИ НЕТ ПОДОЗРЕВАЕМОГО, ЧТОБЫ СНЯТЬ У НЕГО ОБРАЗЕЦ ДЛЯ СРАВНЕНИЯ.

Агате Кристи было об этом хорошо известно. В романе «Часы» (1963) инспектор уголовной полиции Хардкасл говорит: «Пока мы отослали в центральную картотеку его отпечатки пальцев. Хотим узнать, не водится ли за ним каких делишек. Если он есть в картотеке – хорошо, если нет – дело дрянь»[68].

К сожалению, Энн Фарроу не могла описать полицейским преступника: она умерла от тяжелых травм, так и не придя в сознание. Однако нашлись свидетели, которые согласились участвовать в опознании подозреваемых. Очевидцы описывали двух мужчин, прогуливавшихся возле магазина красок либо заходивших в него: один в коричневом костюме и кепке, другой в синем костюме, котелке и со щегольскими усами.

Под описание подходили два брата – Альфред и Альберт Стрэттоны.