Читаем Режь, чтобы жить. Часть 2 (СИ) полностью

- Короче, были прецеденты, когда Докеры из мирных работяг, стремительно мутировали в Союз Бешеных. Обстоятельства были особыми, но как показали недавние события, похожая задница может неожиданно возникнуть. Предлагаю, Союз Докеров дальше именуемый Бешеными, Оставить на их собственной территории и добавить им чистую зону, в которой всякую активность свести к необходимому минимуму, не больше чем для обозначения собственного присутствия. Бешенным предлагается не дергаться и спокойно заниматься своими делами, внутри своей территории, для общего спокойствия, будет лучше, если Бешенные не проснуться.

- Поддерживаю, - Лунг.

- Принято, - Трещина, - Но должна сообщить, что как наемники мы можем взять заказ, который затронет Бешенных.

- Лучше не надо, - Кайзер вновь стал так же серьезен как и когда прессовал Толкача. - Ваша база находится как раз в Доках, выбесите их и вас выставят вон, в лучшем случае, в худшем я присоединюсь к ним и помогу вас раздавить, это понятно?

- Ладно, Бешенные неприкасаемы. - Трещина подняла руки, как бы сдаваясь.

- Согласен, - Выверт. - Но мне как-то странно видеть у вас с Лунгом, такое единодушие, в чем подвох, а Кайзер?

- В чем подвох? - Кайзер откинулся в кресле.

- Именно.

- Ты в курсе, что такое градообразующие предприятие?

- Да.

- Бостон помнишь, а задницу в которую он скатился, когда его градообразующие предприятие загнулось. Шикарный развивающийся город превратился в бесконечные трущобы, город призрак. Примерно к такому состоянию Броктонбей и катился до недавнего времени.

- А сейчас то, что изменилось?

- Не делай из нас идиотов Выверт, - Лунг подключился. - Как думаешь, насколько упала моя прибыль, с момента когда я подмял под себя свои территории, Минимум вдвое. Город умирает, даже не смотря на туристов, которые едут сюда в основном из-за Панацеи, которая в последнее время, стала сдавать, да и туристы из больных и увечных, довольно говененькие.

- Та канитель, что затеяли Докеры, как минимум не даст городу окончательно сдохнуть, а в перспективе вернет его на путь какого, ни какого развития и косвенно может вернуть его, на старое место в логистике региона, дальше пояснять надо?

- Не дергайся Кайзер, я просто спросил.

- Нам и так, не особо хотелось встревать. - Мрак как бы незаметно потер ребра, еще не зажили что ли?

- Нам не нужны неприятности. - Трикстер.

- А вот Хер вам! - Что ж Толкач все никак не уймется. - Эти ушлепки прикончили Скрип и чуть не сплавили в Клетку Сочника, они нам еще заплатят.

- Кстати насчет Скрип, - Хм и чего тебе Выверт надо. - Так ли обязательно было её убивать, почему ты её убил Цербер?

- Запись все видели? - Вроде как все. - Тогда вы видели что, Скрип прикатила к стенам крепости, на самоходной пушке, у которой разве что, на борту не было написано, "Оружие, для убийства Стража". Самоходный рейлганный-дробовик, вы что серьезно думаете, что после такого, я Должен был оставить её в живых. Эта тварь пришла меня убить, создав против меня оружие, которое было бы против любого другого, избыточно или абсолютно бесполезно, я не супер герой, чтобы не убивать убийцу с ножиком из крептонита. - Трикстер на меня вытаращился. - Я надеюсь все знают, про Супермена с Земли-Алеф.

- Да думаю аналоги понятна. - Выверт поерзал на стуле, да неудобные. - Но все таки, есть неписаные правила...

- Срать я хотел, - Как все вытаращились. - Одно дело честная схватка, другое дело целенаправленное убийство, я не святой и цацкаться не буду.

- Кем ты себя возомнил, - Толкач вскочил, - Думаешь отпинал этих неудачников, - Палец уперся в группу Неформалов. - И можешь творить что хочешь!?

- Нет, я думаю, что если я могу убить, половину здесь присутствующих, еще до того, как Лунг достаточно раскачается, чтобы здесь даже просто находится было некомфортно, а четверть покалечить так, что милосерднее будет добить, то имею право на собственное мнение. Вы что отбросы, так и не поняли? Я не устроил вам массовый геноцид, только из-за этих самых неписанных правил, не будь их и еще в первую же неделю, я вас вырезал бы под корень, так что сиди и не вякай.

- Предлагаю, считать этот эпизод исключением. - Чего это Кайзер сегодня такой щедрый.

- А ты отброс затихни, а то я с вас спрошу за погромы на моей территории, - Ух как Лунг впечатляет. - Насчет неприкосновенности решили...

- Не совсем, - Я поднял руку, чтобы никто не сомневался, что я вклиниваюсь, - А ресторанчики азиатской кухни продолжат работать, а то есть подозрение, что они так вкусно готовят только из-за влияния АПП, будет совсем не круто, если чтобы поесть, придется тащится аж в глубину территории АПП.

- Я у вас перед воротами новый открою, только сидите тихо. - И почему я сейчас чувствую себя маленькой девочкой, которой дедушка, обещает ящик мороженого, лишь бы она заткнулась.

- О, тогда проблем нет. - Только собрались продолжить говорить на серьезные темы. - А скидки будут?

- У вас не туристический район, там и так цены будут самые низкие в городе, хватит уже про это.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Крылатые слова
Крылатые слова

Аннотация 1909 года — Санкт-Петербург, 1909 год. Типо-литография Книгоиздательского Т-ва "Просвещение"."Крылатые слова" выдающегося русского этнографа и писателя Сергея Васильевича Максимова (1831–1901) — удивительный труд, соединяющий лучшие начала отечественной культуры и литературы. Читатель найдет в книге более ста ярко написанных очерков, рассказывающих об истории происхождения общеупотребительных в нашей речи образных выражений, среди которых такие, как "точить лясы", "семь пятниц", "подкузьмить и объегорить", «печки-лавочки», "дым коромыслом"… Эта редкая книга окажется полезной не только словесникам, студентам, ученикам. Ее с увлечением будет читать любой говорящий на русском языке человек.Аннотация 1996 года — Русский купец, Братья славяне, 1996 г.Эта книга была и остается первым и наиболее интересным фразеологическим словарем. Только такой непревзойденный знаток народного быта, как этнограф и писатель Сергей Васильевия Максимов, мог создать сей неподражаемый труд, высоко оцененный его современниками (впервые книга "Крылатые слова" вышла в конце XIX в.) и теми немногими, которым посчастливилось видеть редчайшие переиздания советского времени. Мы с особым удовольствием исправляем эту ошибку и предоставляем читателю возможность познакомиться с оригинальным творением одного из самых замечательных писателей и ученых земли русской.Аннотация 2009 года — Азбука-классика, Авалонъ, 2009 г.Крылатые слова С.В.Максимова — редкая книга, которую берут в руки не на время, которая должна быть в библиотеке каждого, кому хоть сколько интересен родной язык, а любители русской словесности ставят ее на полку рядом с "Толковым словарем" В.И.Даля. Известный этнограф и знаток русского фольклора, историк и писатель, Максимов не просто объясняет, он переживает за каждое русское слово и образное выражение, считая нужным все, что есть в языке, включая пустобайки и нелепицы. Он вплетает в свой рассказ народные притчи, поверья, байки и сказки — собранные им лично вблизи и вдали, вплоть до у черта на куличках, в тех местах и краях, где бьют баклуши и гнут дуги, где попадают в просак, где куры не поют, где бьют в доску, вспоминая Москву…

Сергей Васильевич Максимов

Публицистика / Культурология / Литературоведение / Прочая старинная литература / Образование и наука / Древние книги
Слово о полку Игореве
Слово о полку Игореве

Исследование выдающегося историка Древней Руси А. А. Зимина содержит оригинальную, отличную от общепризнанной, концепцию происхождения и времени создания «Слова о полку Игореве». В книге содержится ценный материал о соотношении текста «Слова» с русскими летописями, историческими повестями XV–XVI вв., неординарные решения ряда проблем «слововедения», а также обстоятельный обзор оценок «Слова» в русской и зарубежной науке XIX–XX вв.Не ознакомившись в полной мере с аргументацией А. А. Зимина, несомненно самого основательного из числа «скептиков», мы не можем продолжать изучение «Слова», в частности проблем его атрибуции и времени создания.Книга рассчитана не только на специалистов по древнерусской литературе, но и на всех, интересующихся спорными проблемами возникновения «Слова».

Александр Александрович Зимин

Литературоведение / Научная литература / Древнерусская литература / Прочая старинная литература / Прочая научная литература / Древние книги