Резидентура. Я служил вместе с Путиным

Другим важным фактором, подорвавшим экономику ГДР, явились миллиардные займы. Основным заимодавцем была ФРГ. В 80-е годы ГДР едва успевала выплачивать проценты по этим займам. Причем, выплачивала она их своими первоклассными товарами. В каталогах торговых фирм «Квелле», «Неккерман» и др. четвертая часть рекламируемых к продаже товаров была восточногерманского производства, но пришиты были к ним западные этикетки. На полках магазинов ГДР оставалось преимущественно низкопробное барахло. Конечно, небольшая часть доброкачественных вещей оседала в республике, но это был уже дефицит. Его добывали по блату. В середине 80-х годов я не мог купить там по доступной цене ни приличного костюма, ни плаща, ни пальто. Все это покупалось во время отпусков в Москве. Наши столичные универмаги в то время были богаче берлинских. Правда, были в республике продовольственные магазины фирмы «Деликат» и промтоварные – фирмы «Эксквизит», где продавались за большие деньги любые товары, в том числе импортные, очень высокого качества. Однако товары эти были по карману только немногим весьма состоятельным людям. Размножался и жирел класс коррумпированных партийных бонз и государственных чиновников. Население роптало. С продуктами питания, повторяю, был порядок. Мы никогда не поднимались до уровня ГДР в плане снабжения населения доброкачественной пищей в необходимом количестве. Естественно, на еду уходила часть займов. Но мы ведь тоже растранжирили все свое золото и сделали громадные займы, а народ не накормили. Наше золото и взятые взаймы миллиарды были просто разворованы. Немцам русского размаха в разграблении собственной страны никогда не достичь. Куда им, несчастным колбасникам! Кстати, разворовывание нашего Отечества шло уже тогда по нарастающей кривой во всех сферах и измерениях нашей жизни. По роду службы мне приходилось знакомиться с документами, характеризующими уровень коррупции в Группе советских войск в Германии (ГСВГ) в 80-е годы. Существовала целая прослойка населения ГДР, кормившаяся за счет продуктов гниения нашей армии. Спекулировали и торговали все – от рядового до генерала, но центральной фигурой в этом действе был прапорщик, оборотистый деляга в погонах. В армии о прапорщиках сложили такую песню:

Вот они расселись по складамИ воруют до самозабвенья.Узнаю я их по «Жигулям»,Купленным за счет подразделенья.

Торговали бензином, автопокрышками, запчастями, предметами униформы, другим военным имуществом. Надо сказать, что оружие немцев не интересовало. Огромный ущерб Советскому Союзу наносил незаконный вывоз в ГДР драгоценных металлов. По данным надежнейшей агентуры, наши военные продавали немецким ювелирам ежегодно 800 килограммов золота и 16 тонн серебра. Была еще и платина. ГДР покупала советское золото за свои бумажки и покрывала наших валютчиков, одетых в офицерские мундиры. ГДР это было очень выгодно. Однажды во время учений на один из населенных пунктов ГДР упала ракета, выпущенная с нашего самолета. Упала и не взорвалась. Мы обрадовались такому исходу, а военные закручинились. Золотые контакты в ракете были заменены латунными. Они успели окислиться, в результате чего взрыва не последовало. Значит, золото было украдено на военном заводе. Кстати, в ГДР, помимо золотых и серебряных украшений, поступало и наше промышленное золото. Мы неоднократно информировали об этом Москву, предлагали создать при нашем Представительстве специальное подразделение по борьбе с валютчиками, которое скусило бы себя за год на много лот вперед. Военная контрразведка ГСВГ нас не поддерживала. Она сама была замазана в этом деле. Однажды мы получили материалы на агента военной контрразведки, который интенсивно торговал советским золотом. По его словам, это золото ему давали наши особисты. Москва не внимала воплям Представительства о необходимости пресечения махинаций с изделиями из драгоценных металлов. Это был писк навозного жука в гигантской гниющей куче, каковой тогда стала уже наша империя. Армия просто была, как и положено, сколком общества. Тут ничего нельзя было поделать. Безобразия творились внутри любой части. Самые лучшие товары (ковры, шубы, изделия из кожи, дорогие плащи, костюмы, шерстяные вещи) откладывались в сторону на пару лет, не достигая прилавка, а потом уценялись до умопомрачительно низкого уровня как немодные, не находящие сбыта, и распределялись промеж начальства. Генеральше норковая шуба обходилась в 800 марок, то есть в 270 рублей. Некоторые ловкачи наживали в ГДР целые состояния. Генерал Третьяк отправил домой до десяти контейнеров. Мой знакомый, побывавший у него на квартире, рассказывал, что все жилище Третьяка набито барахлом до потолка. В этом барахле генерал проделал узкие ходы сообщения, по которым перемещался, останавливаясь иногда и лаская любимые вещи.