Читаем Ромен Гари, хамелеон полностью

В интересах своего «темного происхождения» я решил встретиться с де Голлем. Я сказал ему: «Генерал, я расскажу вам одну историю: жил-был хамелеон, его посадили на что-то зеленое — и он позеленел, посадили на синее — и он посинел, посадили на коричневое — и он стал коричневого цвета, а когда его посадили на шотландский плед, он лопнул. Так не могу ли я узнать, что конкретно вы понимаете под „еврейским народам“ и означает ли это, что французские евреи — это какой-то другой народ?» Он воздел руки к небу и ответил: «Ромен Гари, когда мы говорим о „еврейском народе“, мы всегда имеем в виду библейский народ». Он умел слукавить.

76

После того как роман Ski Вит вышел в американском издательстве Harper & Row в 1964 году, права на его экранизацию приобрела корпорация «Эмбасси Пикчерс». Гари поручил Клоду Галлимару найти переводчика, который, как и Жан Розенталь, согласился бы остаться в тени.

Первый вариант перевода книги на французский язык должен был выполнить Мишель Мор, а затем автор, как обычно, его переработает. Но прошло уже два с половиной года, а результатов видно не было. Гари был вне себя и велел Робби Ланцу уведомить Мора, что считает себя свободным от обязательств по отношению к нему, так как тот не выполнил условий контракта. Он заявил, что намеревается обратиться в другое издательство, где ему якобы предлагали крупный аванс. Но Гари знал, что не сможет привести эту угрозу в исполнение, потому что тем самым нарушит условия подписанного договора.

В очередной раз всё в результате уладилось. Книгу перевел Жан Отре, согласившийся на то, чтобы его имя не стояло на обложке. Гари не стал менять издателя, но рукопись романа «Прощай, Гарри Купер», французского варианта Ski Вит, легла на стол Клода Галлимара только 14 марта 1969 года.

Этот роман, который писатель посвятил своему сыну Диего, вышел в начале лета 1969 года. Его персонажи, группа юных хиппи и битников, разочаровавшихся в жизни и стоящих «на грани жестокости», бегут от американского общества потребления и войны во Вьетнаме в Швейцарские Альпы. Взгляды главного героя Ленни предвосхищали широкое протестное движение молодежи, возникновение которого сопровождалось обезличиванием как самого этого движения, так и общества в целом{620}.

Другой персонаж — дочь дипломата Джесс — снабжает деньгами революционное студенческое движение. «Трагедия папенькиных сынков заключается в том, что все действительно серьезные проблемы возникают у кого-то другого. Чего может желать в социальном плане папенькин сынок? Своего собственного уничтожения».

Начиная с 1965 года Гари много писал: по книге в год. Он требовал от издателя всё большего, но далеко не всем в «Галлимаре» нравилась его проза: некоторые замечали, что со времен «Леди Л.» (вышедшей в 1963 году) ни один его роман не имел настоящего успеха. Что же касается критиков, которые в 1965 году враждебно встретили книгу «За Сганареля», теперь они перешли на снисходительно-вежливый тон. В самом Гари видели какого-то хиппи, вопреки моде до сих пор поддерживавшего Шарля де Голля.

В 1969 году Жюль Дассен снял красивую экранизацию «Обещания на рассвете» с Мелиной Меркури и Фернаном Граве в главных ролях. В 1962 году был задуман первый проект экранизации этого романа с Ингрид Бергман в роли Мины Касев, но он не был доведен до конца. Дассен издали следил за тем, как прошла в бродвейском театре «Мороско» постановка First Love, сценической версии романа. В 1965 году была предпринята еще одна попытка снять по «Обещанию» фильм с Ингрид Бергман, но и она завершилась ничем.

Перейти на страницу:

Все книги серии Имена (Деком)

Пристрастные рассказы
Пристрастные рассказы

Эта книга осуществила мечту Лили Брик об издании воспоминаний, которые она писала долгие годы, мало надеясь на публикацию.Прошло более тридцати лет с тех пор, как ушла из жизни та, о которой великий поэт писал — «кроме любви твоей, мне нету солнца», а имя Лили Брик по-прежнему привлекает к себе внимание. Публикаций, посвященных ей, немало. Но издательство ДЕКОМ было первым, выпустившим в 2005 году книгу самой Лили Юрьевны. В нее вошли воспоминания, дневники и письма Л. Ю. Б., а также не публиковавшиеся прежде рисунки и записки В. В. Маяковского из архивов Лили Брик и семьи Катанян. «Пристрастные рассказы» сразу вызвали большой интерес у читателей и критиков. Настоящее издание значительно отличается от предыдущего, в него включены новые главы и воспоминания, редакторские комментарии, а также новые иллюстрации.Предисловие и комментарии Якова Иосифовича Гройсмана. Составители — Я. И. Гройсман, И. Ю. Генс.

Лиля Юрьевна Брик

Биографии и Мемуары / Литературоведение / Документальное

Похожие книги

100 великих гениев
100 великих гениев

Существует много определений гениальности. Например, Ньютон полагал, что гениальность – это терпение мысли, сосредоточенной в известном направлении. Гёте считал, что отличительная черта гениальности – умение духа распознать, что ему на пользу. Кант говорил, что гениальность – это талант изобретения того, чему нельзя научиться. То есть гению дано открыть нечто неведомое. Автор книги Р.К. Баландин попытался дать свое определение гениальности и составить свой рассказ о наиболее прославленных гениях человечества.Принцип классификации в книге простой – персоналии располагаются по роду занятий (особо выделены универсальные гении). Автор рассматривает достижения великих созидателей, прежде всего, в сфере религии, философии, искусства, литературы и науки, то есть в тех областях духа, где наиболее полно проявились их творческие способности. Раздел «Неведомый гений» призван показать, как много замечательных творцов остаются безымянными и как мало нам известно о них.

Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары
10 гениев науки
10 гениев науки

С одной стороны, мы старались сделать книгу как можно более биографической, не углубляясь в научные дебри. С другой стороны, биографию ученого трудно представить без описания развития его идей. А значит, и без изложения самих идей не обойтись. В одних случаях, где это представлялось удобным, мы старались переплетать биографические сведения с научными, в других — разделять их, тем не менее пытаясь уделить внимание процессам формирования взглядов ученого. Исключение составляют Пифагор и Аристотель. О них, особенно о Пифагоре, сохранилось не так уж много достоверных биографических сведений, поэтому наш рассказ включает анализ источников информации, изложение взглядов различных специалистов. Возможно, из-за этого текст стал несколько суше, но мы пошли на это в угоду достоверности. Тем не менее мы все же надеемся, что книга в целом не только вызовет ваш интерес (он уже есть, если вы начали читать), но и доставит вам удовольствие.

Александр Владимирович Фомин

Биографии и Мемуары / Документальное