Россия и Китай: 300 лет на грани войны

21 июня 1903 года член Особого комитета по делам Дальнего Востока статссекретарь А.М. Безобразов в докладной записке на имя императора Николая II сформулировал главную цель японских военно-политических усилий в Корее: «Качественная цель у японцев ясна: они рассчитывают упрощенным, кратчайшим способом сперва разорить страну, затем воспользоваться народным восстанием, чтобы ее обезлюдеть, а потом заселить своими выходцами, т.е. сперва ограбить народ, а затем его убить».

Далее А. Безобразов делал вывод: «Военные приготовления японцев в Корее имеют целью не только занять страну, но сделать из нее обеспеченный плацдарм для действий на континенте против России. Японцы в своем национальном самомнении нисколько не останавливаются перед мыслью вытеснить нас со временем из Маньчжурии и стать во главе желтокожей расы. Поэтому нельзя надеяться, чтобы они успокоились, удовлетворяясь занятием части или всей Кореи.

Если бы японцам удалось занять северную Корею и укрепиться в бассейнах Ялу и Тумань, то их военное положение на полуострове было бы очень сильное. Под охраной такого надежного заслона они всегда могли бы отстоять свои позиции и удобно перейти в наступление против нас.

Наоборот, если эти стратегические позиции будут заняты нами, то все выгоды положения перейдут на нашу сторону.

Насколько отчетливо сознается в Японии вообще огромное значение, какое имеет для ее завоевательных целей на континенте обладание северной Кореей и бассейнами Ялу и Тумань, сказать трудно, но кажется, что в военных сферах это понимание там лучше, нежели у нас.

Военное значение северной части Кореи имеет свое историческое прошлое, и только благодаря этой географической своей охране Корейское государство могло в разное время успешно бороться с иноземным вторжением. Непроходимость северной части страны охранялась в Корее законом и блюлась корейцами. С этой непроходимостью пытались бороться китайцы, построившие свою побережную Мандаринскую дорогу с целью поддержания в крае своего господства. Этою же дорогой пользовались японцы для действий против Китая, и теперь еще эта дорога считается главным путем для их наступления на север со стороны их ближайшей базы Пхеньян-Гензан»^{419}.

23 июля 1903 года А. Безобразов вновь написал докладную записку на имя императора, в которой вновь привлек его внимание к ситуации на Дальнем Востоке и политике России в отношении Японии: «В военно-политическом отношении Дальний Восток находится еще в том периоде, когда требуется интенсивная борьба для утверждения там нашей государственности. Борьба эта имеет конечной целью создание на Дальнем Востоке нашей гегемонии, без которой нам не совладать ни с желтокожей расой, ни с враждебным для нас влиянием наших европейских соперников. Для этого нам следует объединить наши военно-политические силы в одних ответственных руках, чтобы иметь возможность выработать план действий и энергично привести его в исполнение.

Особенность нашего положения на Дальнем Востоке, а именно:

а) что главный наш противник есть морская держава (Япония);

б) что два наших опорных пункта суть приморские крепости;

в) что наши владения имели значительную береговую полосу со слабой охраной;

г) что военные операции наши на Дальнем Востоке будут иметь характер совместного действия флота с армией, причем умелое пользование флотом требует специальной подготовки, — все это заставляет желать, чтобы личность наместника стояла в служебном отношении близко к нашему флоту»^{420}.

Однако Япония имела свою четкую стратегию как в отношении России, так и в отношении всего Дальневосточного региона, б августа 1903 года в японских газетах появился англо-японский проект «мирного решения маньчжуро-китайского вопроса». Он имел резко антирусскую направленность и предусматривал выполнение пяти пунктов:

«1. Заставить Россию формально возвратить Маньчжурию Китаю;

2. Заставить Китай открыть все важнейшие города Маньчжурии;

3. Заставить Россию вывести все войска из Маньчжурии, разрешив русским содержать на железной дороге лишь известное количество сторожей;

4. Заставить Россию отказаться от лесопромышленной концессии на Ялу и от арендования участков в Ионампо;

5. Заставить Россию признать всю область к югу от Ялу сферой исключительно влияния Японии»^{421}.

Японские приготовления к войне с Россией не ограничивались только дипломатическими и пропагандистскими акциями. Наместник на Дальнем Востоке адмирал Е.И. Алексеев доносил в столицу, что «японские агенты-' шпионы, наводняющие Маньчжурию и несомненно оплачиваемые правительством, направляют свою деятельность к восстановлению против нас китайских властей и населения; что власти эти, в особенности мукденский цзя тцзюнь, уже приняли по отношению к нашим представителям прямо враждебный тон; что японцы, как видно из донесений, идущих из Кореи, угрожают намерением высадить войска на Корейском полуострове и занять устье р. Ялу»^{422}.